Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #25(232), 7 декабря 1999

Лола ЗВОНАРЕВА (Москва)

ЗАБОТЯСЬ О СПРАВЕДЛИВОСТИ И СВОБОДЕ

Невозможно разрушать все, не разрушая себя...

Альбер Камю

Завоевания или игра, бесчисленные любовные увлечения, абсурдный бунт - все это почести, которые человек воздает собственному достоинству в ходе войны, заведомо несущей ему поражение.

Альбер Камю



4 января 1960 года известный писатель Альбер Камю возвращался в Париж, отпраздновав Рождество с друзьями. В его удобном спортивном автомобиле, легко идущем по сухому серому асфальту шоссе, большая скорость не ощущалась вовсе.

До Парижа было уже не так далеко, и писателю казалось, что по этой дороге он смог бы проехать с закрытыми глазами. В пути, в полном одиночестве, выключив радиоприемник, было приятно вспоминать и мечтать. А Альбер Камю был из тех, немногих, кто свои мечты последовательно воплощает в дела. Два месяца назад ему исполнилось сорок шесть лет. Среди европейских писателей Альбер Камю самым молодым получил Нобелевскую премию. Но он не был честолюбив и не искал славы. Его волновало другое...

Писателю вдруг вспомнилась юность, разноцветная студенческая толпа в коридорах Алжирского университета. Уже тогда он не любил зиму, тоска душила его холодными и ясными февральскими ночами. Преодолеть зимнюю тоску помогала тайная примета. У Альбера был любимый знак приближения весны - цветение миндаля, распускавшегося в Долине консулов однажды ночью, несмотря на дожди и сильный ветер с моря. У этих хрупких белоснежных цветов Альбер учился стойкости. Несмотря на капризы погоды, они каждый февраль держались ровно столько, сколько требовалось, чтобы завязались плоды.

Что больше всего любил студент Алжирского университета Альбер Камю? Путешествия? Спорт? А может быть, озорные розыгрыши друзей? Однокурсники не очень удивились, когда двадцатидвухлетний Альбер вдруг основал передвижной Театр Труда, где он одновременно был режиссером и драматургом, актером и суфлером. Не всем в университете нравились пьесы - их выбирал лично Альбер, и спорить с ним было невозможно. Трагедии Эсхила, "Каменный гость" Пушкина, "Братья Карамазовы" Достоевского, "На дне" Горького... Только самые близкие друзья понимали, почему так сочувствует Альбер Камю униженным и оскорбленным, нищим и несчастным, сброшенным судьбой на самое дно жизни... Сын французского рабочего, умершего, когда Альберу исполнился год, и уборщицы, надрывавшейся в особняках местных алжирских богачей, будущий писатель в детстве и юности находился на полпути между нищетой и солнцем. "Нищета помешала мне уверовать, будто все благополучно в истории и под солнцем, - шутил, беседуя сам с собой, прозаик. - Солнце научило меня, что история - это не все".

Еще в юности Альбер Камю заинтересовался политикой. Но он с самого детства не выносил лжи и слишком быстро понял: почти во всех политических речах и заявлениях власть имущих нет ни малейшего оттенка человечности. А писатель старался постоянно быть искренним в каждом из своих выступлений, поступков или лирических эссе. Он даже назвал свою первую книгу, вышедшую в 1937 году "Изнанка и лицо", настаивая на исповедальной искренности собственных размышлений.

Альбер Камю не разделял позицию тех, кто прятался от мятежных вихрей эпохи в башнях из слоновой кости. Более того, он был убежден, что все эти башни непременно разрушат. Зло и Насилие в мире настолько сильны, что выбор у порядочного человека минимален: с несправедливостью, считает Камю, либо сотрудничают, либо сражаются.

...Камю внимательно смотрел на дорогу, ведущую в Париж. Писатель переехал в столицу Франции двадцать лет назад. Уже тогда, двадцатишестилетний журналист Альбер Камю, работая в газете, чувствовал себя писателем. Редакционная суета оставляла его равнодушным. Он постоянно возвращался мыслями к незавершенным рукописям, привезенным из Алжира и ждущим его на письменном столе парижской квартиры.

Тогда, в 1940 году, Камю даже не успел как следует изучить Париж. Приехав в легендарный город весной, писатель уже летом должен был бежать из столицы Франции, не желая принимать сторону концлагерей: в Париж вошли фашистские войска. Альбер Камю возвращается в Алжир и превращается в скромного учителя в городе Оране. От уроков остается время, чтобы работать над "Мифом о Сизифе" и хронике-притче "Чума".

Но деятельная и отважная натура писателя не позволила ему оставаться в Алжире надолго, выжидая удобного и безопасного случая для возвращения в Париж. Альбер Камю вернулся во Францию трудной осенью 1941 года, чтобы, рискуя жизнью, участвовать в организации патриотического Сопротивления. Именно тогда писатель стал собирать разведывательные данные. Написал для нелегальных изданий множество страстных "Писем к немецкому другу".

Счастливым стал для французских подпольщиков август 1944 года. Гитлеровский гарнизон, наконец, удалось вытеснить из Парижа. Камю возглавил газету "Комба", созданную еще в подполье. Вскоре сбудутся заветные мечты писателя: с интервалом в год будут поставлены его пьесы "Недоразумение" и "Калигула".

Не торопится теперь Альбер Камю оставлять газету "Комба", получившую не без участия главного редактора энергичный девиз-подзаголовок - "От Сопротивления к Революции". Как надеялся тогда Камю, что во Франции после победы над фашистами удастся примирить свободу и справедливость!

Но вскоре писатель понял: уличные бои в Париже так и не стали "родовыми схватками Революции". Подобно Наполеону, Альбер Камю был убежден - в мире есть только два владыки - меч и дух. И в конце концов дух всегда одерживает победу над мечом.

Окончание войны с Гитлером вместо радости принесло писателю трагическое разочарование. Цивилизация, опаленная ядерным огнем Хиросимы и Нагасаки, на глазах потрясенного Камю, спустилась на последнюю ступень варварства.

Писатель, притормозив на повороте, вспомнил добродушные лица друзей, даже в Рождество умудрившихся поднять отдельный тост за "одного из лучших европейских писателей - совесть Запада".

Альбер Камю улыбнулся, подумав, что, когда он слышит такие слова, ему всегда кажется, что речь идет о каком-то другом человеке. Острое недовольство собой, всем, что когда-либо вышло из-под его пера - это чувство преследовало его всю жизнь.

И еще - искушение театром. Альбер Камю давно заметил - ускоряющиеся ритмы жизни оттесняют Книгу на обочину жизни современного человека. А ему так хотелось быть услышанным! Выход был здесь, по мнению писателя, один - Театр. Часто вспоминался победительный, завораживающий успех того давнего студенческого Театра труда. Альбер Камю принял решение - именно сейчас, после Рождества, он всерьез займется созданием своего собственного театра. Тем более, что многие влиятельные друзья давно одобряли эту идею. Писатель вновь увидел просветленные лица зрителей, их сияющие глаза на премьерах сделанных Камю недавно сценических переработок "Реквиема по монахине" Фолкнера и "Бесов" Достоевского.

...Вечерело. Писатель ощущал, что он ждет того хрупкого мига, когда небо, еще все в золоте, внезапно поворачивается и открывает нам обратную свою сторону, усеянную сверкающими звездами.

Со смутным чувством тревоги вглядывался писатель в силуэт огромного платана, растущего вдали у дороги. Он устал, хотелось скорее войти в уютную парижскую квартиру, принять душ, сварить себе крепкий кофе и сесть за письменный стол, достав из заветной папки рукопись повести "Последний человек".

Писатель решительно нажал на газ. Небольшая спортивная машина резко рванулась вперед, послушно набирая скорость. И вдруг Камю, опытный водитель, почувствовал, что теряет управление. Он попытался резко нажать на тормоза, они завизжали. Машину занесло. Неожиданно он увидел перед собой неумолимо приближающийся широченный, серо-коричневый, весь в странных корявых струпьях ствол платана. В голове промелькнуло: "Господи, сколько еще не успел сделать, сказать, написать..". Раздался страшный удар и скрежет покореженного железа. Но писатель Альбер Камю его уже не услышал...


Содержание номера Архив Главная страница