Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №23(230), 9 ноября 1999

Максим ГЛИКИН (Нью-Йорк)

БРИЛЛИАНТОВОЕ КОПЫТЦЕ

В Москве начинается суд над учредителем калифорнийской фирмы "Golden ADA" Андреем Козленком, бывшим министром, руководителем комитета по драгметаллам (Роскомдрагмета) Евгением Бычковым и еще несколькими бизнесменами и чиновниками.

Пять лет назад проект, в котором они участвовали, называли важной вехой в российско-американских отношениях. Россия получала обширнейший рынок сбыта для своих неиссякаемых алмазов, Сан-Франциско должен был превратиться в новый центр американской гранильной промышленности. Проект обсуждался на комиссии Гор - Черномырдин. Последний, сыгравший не последнюю роль в этой авантюре, однажды произнес фразу, ставшую крылатой: "Хотели, как лучше, а получилось, как всегда". Эти слова вполне можно поставить эпиграфом к данному повествованию.

Хиллари Клинтон и просто Козленок

В феврале 1994 года жители Сан-Франциско наблюдали странную картину. В центре города средь бела дня приземлился огромный русский военно-транспортный вертолет Ка-32. Российский "ястреб" сел на крышу одного из зданий, выкрашенную в цвета российского флага. Поднятые лопастями воздушные вихри были столь сильными, что при приземлении в некоторых окнах соседних домов вылетели стекла.

Как оказалось, вертолет был передан в дар местной полиции. А дарителем была никому здесь не известная алмазная компания "Golden ADA". Алмазные дельцы передали это чудо техники с условием, что иногда будут использовать крылатую машину для доставки партий сибирских алмазов на свое предприятие.

Здесь же, на трехцветной крыше, под лопастями военно-транспортного воздушного корабля был устроен пышный прием, на котором местные журналисты насчитали не менее сотни весьма влиятельных в городе персон. В их числе были мэр Сан-Франциско Фрэнк Джордан, начальник городской полиции, представители властных структур Калифорнии и руководители крупнейших компаний.

О своих заманчивых планах красочно рассказывали владельцы новой фирмы - выходец из России Андрей Козленок и двое эмигрантов из Армении, братья Ашот и Давид Шегирян. Никто из присутствующих на роскошной презентации, естественно, не мог предположить, что каких-нибудь пару лет назад братья-армяне зарабатывали себе на жизнь тем, что красили бордюры тротуаров, а их компаньон торговал в Москве противогазами. Теперь у них под ногами была впечатляющая собственность: четырехэтажное здание с черными гранитными колоннами и сверкающим стеклянным фасадом. Внизу, за пуленепробиваемыми стеклами на ультрасовременном оборудовании, закупленном в Нью-Йорке, работали лучшие российские специалисты по обработке и шлифовке алмазов.

Несмотря на полученный ими щедрый подарок, американские спецслужбы бдительности не утратили и все-таки решили выяснить, откуда и для каких целей высадился здесь алмазный десант. Проверка деятельности "Golden ADA" была поручена опытному агенту ФБР Джо Дэвидсону. Буквально первые же "раскопки" вызвали у него удивление и даже восхищение ловкостью и оборотливостью новых русских коммерсантов. Больше всего агента поразил тот факт, что ни братья Шегирян, ни Козленок прежде никогда не занимались алмазами. Приехав из Москвы всего за несколько месяцев до открытия "Golden ADA", Козленок имел за плечами чуть больше 30 лет, научную степень в области управления и разнообразную трудовую деятельность, по которой очень сложно было судить о его основной специализации. Но именно на этого человека российские власти сделали главную ставку в своем амбициозном проекте по выходу на американский алмазный рынок.

В США один за другим стали приземляться самолеты, буквально набитые драгоценностями. Ценный груз сопровождали сотрудники российской фельдъегерской связи. В мешках были обработанные сибирские алмазы, тысячи камней - 26 тысяч карат. По самым скромным оценкам от их продажи можно было бы выручить 20 млн. долларов. Но это являлось лишь частью поставок. Вслед за алмазами стали прибывать мешки с отличным серебром, старинными тарелками, столовой посудой и редкими монетами. Вслед за мешками пошли ящики - с аметистами, топазами, изумрудами - иные камушки были величиной с кулак. А потом пошло золото. Тонны золота. Не в слитках, но в старинных монетах: франках из дореволюционной Франции, английских фунтах, американских долларах конца прошлого века. Были и российские монеты с изображением Петра Великого. Казалось, крупнейшая российская сокровищница решила срочно эвакуироваться в США.

По документам все было вроде бы законно. Не кто-нибудь, но само правительство Российской Федерации по доброй воле решило передать все это добро (на общую сумму - 90 млн. долларов) маленькой частной фирме только для того, чтобы использовать эти сокровища в качестве залога. Под этот залог правительство надеялось получить 500-миллионный долларовый кредит в Bank of America - но не для себя, а все для той же американской фирмы "Golden ADA". Получив этот кредит, фирма должна была широкими шагами выйти на мировой алмазный рынок, чтобы в дальнейшем действовать во благо малой родины своих руководителей.

Однако кредитную линию почему-то никто так и не открыл. Возможно, это вовсе и не входило в истинные планы алмазных бизнесменов. Во всяком случае сокровища начали таять буквально на глазах. Вот как это происходило. Приходит, например, г-н Козленок к владельцу того роскошного здания, в котором впоследствии расположилась фирма. Хозяин хочет за здание 6 млн. долларов. "Даю 11 миллионов, - говорит г-н Козленок, - но при условии, что все будет оформлено за неделю". А вот г-н Козленок прогуливается по Беверли-Хилз. Как бы случайно заходит в выставочный зал дилерской фирмы по продаже самых дорогих автомобилей. "Этот, этот и вон тот", - указывает глава "Golden ADA" на "Роллс-Ройс" и два "Астон-Мартина". И отсчитывает... миллион долларов с хвостиком. И так далее: катера, яхты, поместья в районе озера Тахо...

Параллельно г-н Козленок и братья Шагирян интенсивно обрастали очень важными, по их мнению, политическими связями. В частности, 25 тысяч долларов из средств "Golden ADA" было потрачено на провалившуюся предвыборную кампанию кандидата в губернаторы Катлин Браун. В январе 1995 года Козленок "рекрутировал" на работу в фирме двух очень влиятельных в Сан-Франциско господ. В качестве главного юридического консультанта корпорации Козленок нанял известного калифорнийского штатного сенатора Квентина Коппа (впоследствии он признал, что получил от "Golden ADA" 10 тысяч долларов). В качестве начальника службы безопасности, а позже исполнительного директора был приглашен владелец детективного агентства Джек Иммендорф, который отвечал за сбор денег во время предвыборной кампании мэра города Фрэнка Джордана в 1990 году, а позже возглавил городскую комиссию по паркам и отдыху. Между прочим, работая в "Golden ADA", он все еще продолжал заведовать парками.

За 8 месяцев работы в качестве исполнительного директора "Golden ADA" этот близкий друг мэра Сан-Франциско получил, как выяснили налоговые службы США, 2 млн. долларов. Кроме того, гонорары получали: парламентарий от округа Сан-Франциско Джон Бартон, городской инспектор Кевин Шелли, вице-губернатор штата Грэй Дэвис. А лейтенант полиции Вилли Гарриотт числился одновременно и секретарем корпорации.

Верхней точкой на тернистом пути Андрея Козленка по склонам американского политического Олимпа стало участие авантюриста на элитном приеме, где присутствовала Хиллари Клинтон. Возможно, первую леди США плохо информировали - но она почему-то решила, что нет ничего зазорного в том, чтобы сфотографироваться на память с молодым и удачливым бизнесменом из России и его компаньоном г-ном Иммендорфом. Позже этот памятный снимок был изъят при обыске сотрудниками компетентных органов.

Кругосветка следователя Тамаева

Куда же смотрят российские власти, удивлялся агент ФБР Дэвидсон. Ведь они должны хотя бы поинтересоваться американской судьбой своих несметных сокровищ. Действительно, их эмиссары регулярно посещали алмазный центр в Сан-Франциско. А на его открытии побывали даже господа в рангах министров и замминистров.

Но какова была их реакция на безудержное расточительство фирмачей, которым они доверились? Реакция была весьма странной. Когда несвятая троица закончила первую серию закупок яхт, катеров и вилл, драгоценные поставки... возобновились! На сей раз это были необработанные алмазы. Они полностью заполнили весь салон нового реактивного самолета фирмы. Драгоценные камни были доставлены двумя партиями под охраной свободных от дежурства полицейских Сан-Франциско (с ними у фирмы был договор о сотрудничестве). Как выяснил агент ФБР, алмазы планировали обработать, отшлифовать и продать, а деньги перевести в Москву. Проблема была в том, что алмазов было так много, что руководители "Golden ADA" даже теоретически не могли обеспечить их обработку.

И правда, большая часть этого бесценного груза очень скоро была отправлена обратно в Европу. (Стоило гонять самолет через океан!) Но в Россию камушки уже не вернулись. А оказались они в Антверпене, в бельгийском филиале "Golden ADA". После чего их, так и не обработав, перепродали фирмам, контролируемым южноафриканским картелем "Де Бирс" - монополистом на мировом алмазном рынке. Парадокс состоял в том, что Россия и так напрямую продает большую часть своих необработанных алмазов "Де Бирс". Зачем же было городить весь этот огород? Ответ может быть только один: для того, чтобы 77 млн. долларов, вырученных за эту партию камней, попали не в российскую казну, а в кассу бельгийского филиала фирмы "Golden ADA" - и в итоге, как выяснил агент ФБР Дэвидсон, осели на счетах в швейцарских банках.

Его российские коллеги узнали об этой удивительной авантюре еще в начале 1994 года, когда возбудили дело против российского партнера Козленка. Однако почему-то потребовался целый год для того, чтобы прийти к выводу о необходимости возбудить уголовное дело в отношении главы Роскомдрагмета Евгения Бычкова и прочих "драгоценных" деятелей, еще год - чтобы предъявить министру обвинения и произвести обыски у него в кабинете и на даче. И еще почти 3 года, чтобы переформулировать обвинение - теперь уже бывшему министру - с "злоупотребления служебным положением" (дающего право на амнистию), на "хищение в особо крупных размерах".

Впрочем, сыщикам нужно было установить роль в этой афере всех ответственных должностных лиц: ведь золото и камушки вывозились не контрабандным путем, а по вполне официальным каналам. И вообще - требовалось понять, что это все-таки было: по каким-то субъективным причинам провалившийся бизнес-проект или заранее задуманная и ловко провернутая многоходовая махинация?

С 1996 года в российском расследовании алмазной аферы века произошло, если применимо здесь это понятие, некоторое ускорение. Глава следственной бригады Генпрокуратуры Руслан Тамаев колесил по всему свету в поисках мошенников и их соратников. К тому времени у "Golden ADA" уже были новые хозяева, а ее имущество было арестовано американскими налоговыми службами. Все бывшие руководители фирмы разбежались, как в детской игре в прятки.

Любопытная история произошла с Давидом Чернисом, занимавшимся отмывкой денег "Golden ADA" в Москве. Сотни тысяч долларов тратились на покупку квартир в пределах Садового кольца, евроремонт и "упаковку" их антикварной мебелью. Чернис был задержан и охотно начал давать показания. Оценив его согласие сотрудничать со следствием, Давида выпустили под подписку о невыезде. И он тут же ударился в бега. Его объявили в международный розыск и в итоге нашли в Израиле. Говорят, что Чернис был в состоянии, близком к обморочному, когда оказался лицом к лицу со следователем Тамаевым, от которого так ловко улизнул. В итоге Чернис назвал все имена и фамилии, необходимые правоохранителям на этом этапе расследования.

Разыскал Тамаев и Давида Шегиряна, который долгое время успешно скрывался и от Генпрокуратуры, и от ФБР: американцы хотели судить его за неуплату налогов. Следователю удалось выяснить, что Шегирян обосновался в Доминиканской республике. Как это ни странно, Тамаеву удалось уломать Давида на встречу. Следователь вылетел в Санта-Доминго.

- Выбрали нейтральное место, - рассказывал впоследствии Тамаев. - Условились: у него два охранника, и у меня два. Без диктофона и видеокамер. Только записная книжка. <...> Он ответил на все вопросы. Попутно я убеждал его вернуться в Штаты и прояснить свои отношения с властями. Не будет же он бегать по миру всю жизнь.

2 апреля 1997 года в лондонском аэропорту Хитроу приземлился самолет, прибывший из Кейптауна. Неожиданно к одному из пассажиров, доминиканцу Мартину Эшу, следовавшему транзитом на карибский остров Антигуа, подошли сотрудники иммиграционной службы аэропорта и предложили следовать за ними. Вскоре было достоверно установлено, что доминиканец Эш в действительности оказался Ашотом Шегиряном - братом Давида. При осмотре личных вещей предпринимателя полицейские обнаружили алмазы на несколько десятков тысяч долларов.

В Англии бывший руководитель "Golden ADA" пробыл всего сутки, после чего отправился в США. И именно там его решено было судить за неуплату налогов.

В октябре 1997 года, чтобы допросить Ашота Шегиряна, в Калифорнию прибыли и следователи из Москвы. Но неожиданно возникли проблемы. Российские прокуроры наткнулись на железное нежелание своих коллег даже показать им бывшего соратника Козленка. Противостояние прокуратур объяснялось тем, что как раз в это время российские и американские правоохранители спорили, кому должно достаться имущество "Golden ADA": американским налоговикам или России.

Местная прокуратура заявила, что Ашот Шегирян находится в тюрьме и не желает давать показания. Это была неправда: на самом деле Шегирян жил на собственной вилле, под домашним арестом. Когда обман вскрылся, американцы принесли извинения, однако парировали тем, что не могут предоставить своим российским коллегам для этого допроса ни единого квадратного метра как в помещении прокуратуры, так и в здании ФБР в Сан-Франциско. Встречаться в российском консульстве Шегирян отказался, опасаясь, что там его сразу же "повяжут и увезут".

Помог русским следователям в последний день их пребывания за рубежом бывший подданный СССР, а ныне зажиточный калифорниец Гарри Орбелян (отец известного российского дирижера), любезно предоставивший соотечественникам свой рабочий кабинет. Там и прошел допрос, в ходе которого следственная бригада предъявила Ашоту Шегиряну официальное обвинение в мошенничестве. Кстати, Тамаев с удивлением обнаружил, что Шегирян сам хотел встретиться с российскими правоохранителями и изложить им свою версию запутанной истории "Golden ADA".

А Козленок с сентября 1995 года до начала 1997-го спокойно жил и делал бизнес в Бельгии, по поддельному греческому паспорту. Только после визита туда Тамаева глава "Golden ADA" был арестован - сначала бельгийскими правоохранителями, а потом и греческими: выйдя под залог, Козленок попытался укрыться от правосудия в Афинах.

Любопытно, что и бельгийцы, и греки сами очень хотели судить афериста. Но в середине июня 1998 года ему все-таки пришлось отправиться на родину. В самолете произошел инцидент. Козленок неожиданно почувствовал, что по его лицу пробежал и остановился на лбу красный лучик оптического прицела. Реакция у бизнесмена оказалась хорошей: он тут же сполз на пол. Его примеру последовали и двое спутников в штатском, сидевшие по бокам. Но быстро выяснилось, что тревога была ложной. Просто маленький сынишка одного из пассажиров достал игрушечный пистолет - правда, очень похожий на настоящий - и направил "ствол" на приглянувшегося ему высокого дядю...

Тайные цели аферы

Возможно, ими и займется суд. Потому что следствию так и не удалось понять, в каких сферах и ради каких конечных целей закручивалась эта грандиозная авантюра.

По данным, просочившимся из ФБР, в 1994 году Козленок дважды побывал в России. Целью визитов была, согласно этим сообщениям, перевозка из США наличных долларов, полученных от продаж переданных Роскомдрагметом алмазов. Суммарно было переправлено "черным налом" почти 20 млн. долларов. Деньги якобы предназначались для покупки предприятий, выставляемых на аукцион в ходе денежной приватизации.

Козленок же утверждал впоследствии, что немало средств "Golden ADA" было использовано для президентской избирательной компании Бориса Ельцина в 1996 году. Кроме того, часть денег, вырученных от реализации драгоценных камней, по поручению представителей российского правительства руководители фирмы перечислили в Фонд президентских программ. На эти же средства якобы издавалась книга Бориса Ельцина "Записки президента". Мало того, значительные суммы, по словам главы "Golden ADA", перекочевали в некий фонд "Победа", который курировало Главное управление охраны во главе с Коржаковым.

Есть и другая версия. Еще в 1996 году осведомленные люди из Роскомдрагмета рассказали мне следующее. Андрей Козленок в конце 80-х работал не на гранильном производстве (как сообщалось в СМИ), а в системе ГУВД Москвы. Именно с ГУВД в 1989 году и был заключен один из первых контрактов созданного Козленком тогда же советско-кувейтского СП. На верхние этажи власти Андрея Козленка привел бывший замминистра внутренних дел, начальник московской милиции генерал-лейтенант Петр Богданов. В его кабинете на Петровке, 38 Андрей Козленок неоднократно появлялся в начале 90-х. В качестве неформального советника милицейского начальника Козленок организовал под крышей ГУВД несколько коммерчески выгодных предприятий - в частности, производство для ГАИ номерных знаков.

Характерно, что генерал Богданов пришел в ГУВД из КГБ СССР - а именно это ведомство всегда контролировало Гохран. Известно также, что 14-й отдел КГБ в сотрудничестве с Гохраном и раньше по тайным контрактам организовывал операции по переправке камешков за рубеж - для финансового обеспечения советской резидентуры. Так что ничего нового в манипуляциях с "Golden ADA" не было.

Сам Козленок на вопрос журналистов, действительно ли КГБ хотел, чтобы бизнесмен сотрудничал с "конторой", отвечал:

- Конечно, был интерес со стороны КГБ и соответствующее предложение.

Козленок заявил также, что значительную часть сотрудников Роскомдрагмета составляли офицеры КГБ-ФСБ.

Всплыла в этом деле и фамилия известного московского скульптора Зураба Церетели. Есть сведения, что некая часть из ограненного на фабрике "Golden ADA" в Россию все-таки поступала - причем Козленок сам пытался управлять распределением этих камешков. Он якобы уговорил Бычкова передать часть бриллиантов ряду мелких фирм для изготовления ювелирных украшений. Так вот, среди этих фирм называлась коммерческая структура "Большой Камень", возглавляемая народным художником Церетели.

Но самая пикантная история касается участия в этой авантюре тогдашнего премьер-министра Виктора Черномырдина. Дело в том, что по существующему в то время порядку служащие Гохрана могли отпереть кладовые и выдать драгоценности - тем более на такую бешеную сумму - только по специальному постановлению правительства, подписанному премьер-министром. Это правило работники Гохрана не нарушали никогда. О роли Черномырдина в этой афере века заговорили, как водится, только после его отставки. Журналисты решили напрямую спросить у экс-премьера - знал ли он про Козленка и про ту авантюру, в которую ввязался Роскомдрагмет. Реакция Виктора Степановича была неожиданно резкой:

- Ни козленков, ни козлов я не знаю и знать не хочу! <...> Если кто-то попытается куда-то пристегнуть Черномырдина - бесполезно. <...> В России меня никем не запугать - ни козлом, ни козленком. Я не из пугливых. А если кто-то попытается, так сразу в зубы получит. И как следует. Уж это я умею делать - я здесь профессионал.

В последнем утверждении экс-премьера сомневаться не приходится. А вот остальное вызывает сомнения. Дело в том, что примерно за год до этого высказывания Виктор Черномырдин принял самое живое и непосредственное участие в судьбе алмазного афериста. Происходило это летом 1997 года, когда Козленок был арестован бельгийскими правоохранителями. Тогда российский премьер счел необходимым обратиться со специальным - и, добавим, беспрецедентным - посланием к бельгийскому премьеру:

"Объявленный в международный розыск А.Козленок скрывался на территории Бельгии... Принятие решения о его депортации в Россию затягивается из-за отсутствия между нашими странами договора о правовой помощи. Понимая исключительную значимость этого обстоятельства, просим Вас, господин Премьер-министр, принять во внимание особую общественную опасность факта мошенничества, совершенного А.Козленком, и в интересах борьбы с транснациональной организованной преступностью найти возможность его выдачи российской стороне. Правительство и правоохранительные органы нашего государства по достоинству оценят этот шаг..."

Одно из двух: или премьер сам не знал, что подписывал, или, напротив, он был очень хорошо информирован обо всех обстоятельствах этой аферы и очень хотел, чтобы Козленок не давал показаний в бельгийском суде, а поскорее оказался в российской тюрьме.

Как бы там ни было, на допросе в Генпрокуратуре Черномырдин утверждал, что об этой сделке узнал, будучи в командировке, из средств массовой информации. При этом осталось неясно, о какой из операций - 1993 или 1994 года - премьер узнал из газет и во время какой именно стадии аферы находился в командировке.

В "алмазном деле" есть еще три вопросительных знака - три загадочных смерти.

Первый инцидент произошел в 1996 году в Мещанском суде Москвы. Конвойные отлучились из комнаты, в которую они доставили подсудимого, - а когда вернулись, обнаружили его висящим на ремне, привязанном к оконной ручке. Это был друг Козленка Сергей Довбыш, руководитель московского филиала "Golden ADA".

Потом последовали сообщения еще о двух инцидентах - о смерти при невыясненных обстоятельствах начальника отдела экономических преступлений в МВД России, который курировал "алмазное дело", и об убийстве индийского бизнесмена Раджива Госейна, возглавившего "Golden ADA" после ухода из фирмы Козленка и братьев Шагирян.

Одним словом, в "алмазном деле" все еще много загадок. Возможно, какие-то ответы мы получим в ходе судебного процесса, где бок о бок, на одной скамье подсудимых будут сидеть бывший российский министр и быший калифорнийский бизнесмен. Возможно, тогда мы узнаем, что означала загадочная фраза следователя Тамаева, оброненная им в одном из интервью в конце 1998 года по поводу роли Козленка в афере века:

- Он всегда был в этом деле на вторых ролях...


Содержание номера Архив Главная страница