Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #21(228), 12 октября 1999

Александр СИРОТИН (Нью-Йорк)

АКТУАЛЬНЫЙ КОММЕНТАРИЙ

ЗА ЧТО БОРОЛИСЬ...

В результате террористических актов, направленных против России, ее представители на международных встречах и конференциях заявляют, что теперь терроризм стал общемировой проблемой.

Прокомментировать эти заявления я попросил американского специалиста по борьбе с терроризмом Эли Краковского.

- Вплоть до распада Советского Союза советское правительство оказывало поддержку международному терроризму. Несколько тренировочных баз с ведома СССР было в странах Восточной Европы и в странах "третьего мира", которым СССР оказывал "братскую" помощь. Терроризм был инструментом Москвы в борьбе с Западом. И, естественно, в то время в Советском Союзе не считали терроризм общемировой проблемой. Советская пропаганда рисовала террористов борцами за справедливость. В Кремле тайно радовались террористическим актам, направленным против Израиля и США. Тогда они не могли себе представить, что мишенью террора может стать сама Россия. Такое, казалось, просто невозможно, потому что СССР был, я бы сказал, главным спонсором террористической активности во всем мире.

- Только ли России была свойственна такая близорукость?

- Пока страна сама не становится мишенью террористов, легко делать вид, что проблемы не существует. Египетские власти, например, тоже поддерживали террористов, пока сами не оказались жертвами фундаменталистского террора. Даже в США отношение к терроризму изменилось только тогда, когда от действий террористов стали страдать американские граждане, причем не только за рубежом, но и на территории самих США. В Вашингтоне и раньше выражали озабоченность в связи с террористическими актами в разных странах, но общественное мнение в США было не слишком встревожено до тех пор, пока не были непосредственно затронуты американские интересы, и тем более, пока террористическая активность не была перенесена на территорию самих США. Советский Союз, а затем по инерции и Россия благосклонно относились к террористическим организациям и не считали терроризм мировой проблемой, пока террор не пришел на российскую землю. Но то, что пусть даже с большим опозданием и дорогой ценой Россия признала терроризм проблемой всего мира, дает новый стимул для объединенных усилий в борьбе с этим злом.

- В Российской армии и в разведывательных органах, наверное, немало специалистов, близко знакомых с методами террористической войны. Почему же Россия не может сама справиться с проблемой и ищет помощи у других стран?

- Обученные советскими инструкторами террористы могли бы дать своим бывшим учителям полезные сведения, и не исключено, что определенные контакты сохранились. Да и сами инструкторы, которые в советские времена были младшими офицерами, а сейчас - генералы или вышедшие в отставку советники, обладают немалыми знаниями и опытом в методах подготовки террористов, а следовательно - и в методах предупреждения терактов. Но в то же время опыта крупномасштабной борьбы с терроризмом у России нет, и ей есть чему поучиться у израильтян и американцев. Всегда полезно послушать специалистов со стороны. Я, например, часто консультирую по вопросам безопасности аэропортов, и ко мне обращаются эксперты, которые ценят независимое мнение.

- Какие конкретные меры борьбы с терроризмом вы бы посоветовали принять России?

- Российские власти должны действовать сразу в нескольких направлениях. Главное - выявление основных групп как исполнителей террористических актов, так и заказчиков. В настоящее время это, вероятно, в основном экстремисты из организаций мусульман-фундаменталистов. А исполнители скрываются в Чечне, в Дагестане и других районах с преобладающим мусульманским населением. Другая задача - создание плана согласованных действий по уничтожению источника терроризма. Третья - создание условий, затрудняющих действия террористов. Четвертая задача - пропагандистская: не только в самой России, но и во всем мире, включая мусульманские страны, террористы, какими бы идеями и целями они ни прикрывались, не должны встречать сочувствия. Террористы всегда и везде стремятся своими действиями привлечь к себе внимание, посеять страх среди населения и навязать правительствам свои условия прекращения терактов. Создание негативного имиджа террористов лишает их благодатной почвы и сокращает финансовые поступления. Сейчас террористы своими действиями в Чечне и в Дагестане нанесли себе вред и выставили себя в наихудшем свете в глазах мирового общественного мнения. В настроениях населения России, как мне кажется, действия террористов вызвали не столько страх, сколько требование от правительства жестких и решительных антитеррористических действий. Ситуация совершенно иная, чем во время Чеченской войны середины 90-х годов. Тактика, принятая сейчас террористами, крайне контрпродуктивна.

ПРАВОВАЯ СТОРОНА КОНФЛИКТА МЕЖДУ МЭРОМ НЬЮ-ЙОРКА И БРУКЛИНСКИМ МУЗЕЕМ

О Бруклинском музее изобразительных искусств мир узнал только в результате скандальной выставки работ английских художников. Но и эта выставка, возможно, осталась бы незамеченной, если бы не бурная реакция нью-йоркского мэра Джулиани, пригрозившего лишить музей государственных субсидий, идущих из городской налоговой казны. Музей подал в суд на мэра, мэр - на музей. Пока суд да дело - обе стороны оказались в выигрыше: на выставку выстраивается очередь, и в то же время резко поднялся рейтинг мэра, который собирается выставить свою кандидатуру в Сенат и померяться силами в этом с Первой леди Хиллари Клинтон.

Крис Офили "Святая Дева Мария"

Почему же, в общем, местный конфликт вырос до общенационального, и не исключено, что вопрос может рассматриваться даже Верховным судом США?

Вот что рассказал об этом профессор Университета Хофстра Монро Фридман.

- Понятно, что в этом деле всё сводится к 1-й Поправке Конституции - о свободе самовыражения. Конечно же, художник имеет право выставить на обозрение любую свою работу. Но проблема в том, что Конституция гарантирует права не только художникам. Например, 14-я Поправка гласит, что государство или любое государственное учреждение не может нарушать или способствовать нарушению религиозных свобод. Бруклинский музей изобразительных искусств - не частный. Он существует в основном за счёт фондов, выделяемых как федеральным правительством, так и правительством штата Нью-Йорк. Это означает, что любые действия Бруклинского музея могут трактоваться как действия государственного учреждения, то есть действия, санкционированные государством. Музей отобрал для выставки работы, некоторые из которых оскорбляют религиозные чувства христиан. Это является нарушением 14-й Поправки. И нарушением одного пункта 1-й Поправки, в котором гарантируется свобода вероисповедания. Если правительство выставляет работу, которая оскверняет религиозный символ определенной веры, это является нарушением конституционных прав верующих. Но как, не нарушая этих прав, соблюсти и конституционное право художника на самовыражение? Никто не может в нашей стране воспрепятствовать художнику Крису Офили выставлять свою картину "Святая Дева Мария", измазанную навозом. Проблема лишь в том, что государственный Бруклинский музей выбрал эту картину для выставки. Я лично на стороне мэра в данном случае. И на стороне Конституции. Мэр будет опять прав, если, например, запретит Бруклинскому музею поставить на Рождество крест в своем зале. Даже если назовут этот крест произведением искусства. Это тоже будет нарушением пункта 1-й Поправки Конституции, в котором государственным учреждениям запрещено поддерживать одну определённую религию. Если произведение искусства клевещет на иудаизм, высмеивает ислам, сеет расизм - это является нарушением пункта 14-й Поправки, гарантирующего равноправие граждан, и пункта 1-й Поправки, гарантирующего свободу религии. Речь не идёт о какой-то форме цензуры, ограничивающей творчество. Речь идёт о достаточно узкой и конкретной проблеме музеев, пользующихся государственными субсидиями. Именно такие музеи могут быть лимитированы в выборе выставляемых произведений.

- А кто решает, какие произведения нарушают Конституцию, а какие лить эпатируют вкусы?

- Последнее слово в этом принадлежит Верховному суду, а до него дело разбирает Федеральный суд. Но это не означает, что официальное лицо может переложить свою личную ответственность на плечи суда. Мэр обязан по должности следить за тем, чтобы не был осквернён ни один из символов определённой религиозной или расовой группы. И в этом смысле, на мой взгляд, мэр Нью-Йорка Джулиани действовал правильно. Может быть, он действовал не очень разумно, невольно создавая ажиотаж вокруг выставки, на которой, по-моему, далеко не все работы можно назвать произведениями искусства.

- Чем же всё-таки объяснить общенациональный интерес к этому случаю?

- Интерес понятен. Этот случай коснулся сразу нескольких святынь американского общества. На мой взгляд, трех. Первая - свобода самовыражения, гарантированная 1-й Поправкой Конституции. Вторая - свобода вероисповедания, тоже гарантированная Конституцией. И третья - государство не имеет права поощрить одно лицо или одну определённую группу лиц в ущерб другому лицу или другой группе лиц. Все три святыни нашего общества поставлены на карту в этой истории с музеем. Поэтому неудивительно, что вокруг выставки кипят страсти. Остается лишь пожалеть, что нет ещё глубокого анализа всех трёх конституционных предписаний, играющих здесь роль...


Содержание номера Архив Главная страница