Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #19(226), 14 сентября 1999

Александр ХАРЬКОВСКИЙ (Нью-Джерси)

THEREMIN - ГОЛОС ТЕРМЕНА

Лев Термен такой же изобретатель первых электронных музыкальных инструментов, как братья Райт - первых самолетов. И мне кажется огромной исторической несправедливостью, что об этом не написано во всех учебниках.

Стивен Мартин, кинорежиссер, автор фильма "Электронная одиссея Льва Термена".



Недавно вновь посмотрел классический кинофильм Spellbound ("Зачарованные") и задумался, почему этот старый, полувековой давности фильм имеет надо мной какую-то колдовскую власть. Конечно, сказываются и великолепная игра Ингрид Бергман и Грегори Пека, и сцены по скетчам гениального Сальватора Дали. Но есть в этой картине и еще нечто, а именно - какая-то неземная музыка, исполняемая на электронном инструменте Theremin. Вот именно - неземная. Когда авторам другого фильма - "День, когда остановилась Земля" - нужно было на языке музыки изобразить встречу с инопланетянами, они тоже воспользовались воистину неограниченными возможностями, которые предоставляет исполнителям Theremin.

Обратившись к энциклопедии, я выяснил, что Theremin - это английское название терменвокса - первого в истории электронного музыкального инструмента, изобретенного в 20-е годы Львом Сергеевичем Терменом, физиком и радиоинженером, учеником и сотрудником академика А.Ф.Иоффе.

Я встречался со Львом Сергеевичем в конце 60-х - начале 70-х годов, делая литзаписи для сборника "Воспоминания об А.Ф.Иоффе". Термен хорошо знал академика, работал в Физико-техническом институте, который носит теперь имя своего основателя - А.Ф.Иоффе.

- А вы уверены, что я могу быть в числе тех, кто рассказывает об Абраме Федоровиче... Вы, конечно же, слышали о моей длительной американской командировке? - многозначительно заметил он при нашей первой встрече.

Я кивнул - так, на всякий случай, хотя ничего не знал.

Разговор этот проходил в Московской консерватории, на улице Герцена, где Термен работал в лаборатории акустики.

Термен, вообще говоря, был не у дел. Талантливый физик, он хотел бы продолжать исследования в области радио, телевидения и электронных инструментов, но об этом ему, невозвращенцу и "прощенному" зеку, приходилось лишь мечтать.

Я работал тогда над книгой "Академик Абрам Иоффе" для серии ЖЗЛ, и Термен согласился написать мемуары о любимом учителе, отрывок из которых вошел в сборник "Воспоминания об А.Ф.Иоффе". ("Наука", 1973 г.).

* * *

Родился Термен в Нижнем Новгороде в 1896 году. В годы гражданской войны был радиоинженером, окончил войну начальником Царскосельской радиостанции. А после окончания войны его призвало к себе "верховное существо" (так он называл А.Ф.Иоффе).

В начале 20-х Термен, работая под руководством Иоффе, изобрел синтетический, не только музыкальный, инструмент - терменвокс.

Термен писал:

"Я устроил сигнализационное устройство, которое действовало при приближении человека на расстоянии 2-3 м к проводнику типа антенны. Кроме того, поскольку я был виолончелистом, я сделал макет прибора с небольшой открытой электроемкостью, приближение руки к которой, изменяло частоту в музыкальном диапазоне. Изменяя степень усиления выходного напряжения надавливанием ногой на угольное сопротивление, я мог играть различные одноголосые песни и мелодии, исполняемые мною и на виолончели".

Первым слушателем Термена был академик Иоффе. Затем Термен стал давать концерты. Весть о его музыкальном инструменте дошла до Кремля.

Это была эпоха ГОЭЛРО и лозунгов типа: "Коммунизм есть Советская власть плюс электрификация всей страны". Узнав, что Термен уже "электрифицировал музыку", вожди вызвали его в Кремль.

Термен вспоминал: "Демонстрация происходила в присутствии членов ВЦИКа... Владимир Ильич сам попробовал играть на моем инструменте "Жаворонка" Глинки".

Иоффе считал эту встречу потрясающей рекламой для своего института, замечая, совсем по-еврейски, что "вряд ли кому-либо из нас это достанется", то есть держать вождя за обе руки (Термен направлял движения рук Ленина во время исполнения "Жаворонка").

Однако встречу несколько испортил Сталин.

- А чем ваше изобретение может быть полезным для партии и народа? - спросил он, попыхивая трубкой.

- Терменвокс можно применить для охраны Кремля, банков.

- Проверим, - сказал Сталин и, обвязав ладонь шарфом, стал подползать к терменвоксу.

Раздался предупредительный сигнал.

- Товарищ не знает законов физики, - заметил Ленин, смеясь. - Уж вы извините его, профессор Термен.

Сталин сверкнул тигриными глазами в сторону изобретателя.

- Я-то его сразу простил, - говорил мне Термен. - А вот простил ли он меня? Это было еще одной причиной, почему я по своей воле не вернулся из Америки.

Ленин дал тогда Термену какой-то универсальный мандат, мол, не препятствовать передвижениям изобретателя как в стране, так и за ее пределами.

"В этот период, - пишет Термен, - был получен заказ на установку сигнализации в золотой кладовой Государственного банка в Москве. Приходилось срочно заняться его выполнением. На совершенствование "терменвокса" и другие научные работы времени не оставалось".

А между тем Термен занялся передачей движущихся изображений на расстояние - "дальновидением" (так тогда называли телевидение). Вскоре профессор Розинг докладывал о полученных Терменом результатах на всесоюзном совещании. А установка "дальновидения", по приказу Ворошилова, была поставлена в здании Управления РККА на Арбатской площади, так что за движением людей можно было наблюдать на расстоянии в десятки метров.

Термен хотел работать над телевидением для всех. Но средств на это не выделяли. Да и слишком бедной была техническая база, низким - уровень науки в стране. Серьезно над созданием телевидения работали за рубежом, в частности в США, где эмигрировавший из России инженер Владимир Зворыкин сделал крупнейшее в телевидении открытие - изобрел иконоскоп, один из первых передающих электронно-лучевых приборов с накоплением элекрического заряда на мозаичных светочувствительных мишенях.

Были у Термена и иные, личные, причины для отъезда из России. В стране под влиянием Сталина усиливалась "классовая борьба". В тюрьмах все чаще оказывались "буржуи" - врачи, ученые и прочие "чуждые элементы". К ним могли отнести и Термена, ведь он был инженер, да к тому же бывший офицер царской армии.

В июле 1927 года Термен отбывает в свою последнюю загранкомандировку для демонстрации терменвокса - в Европу, оттуда - в Америку, откуда он вернулся лишь через 11 лет и не по доброй воле.

Термен выступал в Париже, в Гранд Опера, и в Берлине, на стадионе. На последнем концерте присутствовал Альберт Эйнштейн. Он пошел за сцену пожать руку изобретателю и исполнителю. Сам отличный музыкант, Эйнштейн сказал, что благодаря Термену услышал музыку сфер. Ученый заметил, что настоящее признание электронная музыка найдет за океаном. Так оно и оказалось.

Приехав в Нью-Йорк, Термен дал концерт в знаменитом Карнеги-холле. Зал был не просто потрясен, а как бы наэлектризован. Журналисты называли Термена чародеем и отмечали, что так владел аудиторией лишь великий Месмер.

А после одного из концертов к нему подошел представитель RCA - Radio Corporation of America - и предложил запатентовать терменвокс. Вскоре за немалую сумму Термен продал RCA право на производство в США созданного им инструмента.

Термен был счастлив. И не только потому, что пришло признание и богатство - вместе с ними пришла и большая, на всю жизнь, любовь.

Ее звали Клара Рейзенберг. Родилась она в еврейской семье в Петербурге на 15 лет позже Термена. В 4 года получила в подарок первую скрипку, в 5 - уже выступала в концертах. Окончила Петербургскую консерваторию, снималась в пока еще немых фильмах. В начале 20-х выехала с родителями и сестрами из России. Концертировала в Европе и Америке и, наконец, в 1927 году в нью-йоркской гостинице "Плаза" встретила его, учителя и друга.

Скрипачка-виртуоз, она быстро овладела искусством исполнения на терменвоксе. А Лев Сергеевич не чаял души в своей новой ученице. На ее 18-летие подарил ей торт, который раскрылся и заиграл, когда к нему приблизилась его Клара, Кларуша, Кларенок, как он ее называл. И на торте зажглись 18 свечей, по числу ее лет.

Много лет спустя Клара вспоминала, как они любили друг друга. "Знали бы вы, как он танцевал! А я, я была изящной девушкой. Видели бы вы, какие мы выписывали с ним вензеля. Когда он показал мне свой "терменвокс", я очень заинтересовалась им. Кто-то воспринимал это как некое чудо-юдо. Но я поняла, что это инструмент будущего. Хотя играть на нем чертовски трудно. Играя на "терменвоксе", вы ведь собственно не видите перед собой инструмента".

Клара стала выдающейся "терменвоксистской". Благодаря ей изобретение Термена приобрело в США широкую известность. Она увлекла великого дирижера Леопольда Стоковского, он написал концерт для терменвокса с оркестром, который Клара исполняла в сопровождении Филадельфийского симфонического оркестра.

Любовь Клары и Льва принесла еще один неожиданный плод. Обычно люди танцуют под музыку, написанную заранее. Термен же решил, что танцоры сами своими движениями могут создавать новые мелодии. Так он изобрел "терпситон" - гибрид терменвокса и танцевальной площадки. Танцы на "терпситоне" приобрели огромную популярность.

Все было бы хорошо, если бы не внезапно пришедший кризис 1929 года. Термен потерял немалые заработанные им деньги. Нет, бедность ему не угрожала - он стал изобретать электронные охранные системы. Одна была куплена правительством для тюрьмы Синг-Синг, другая - для форта Нокс, где хранится золотой запас США.

Однако в то нелегкое время, по неясным для меня причинам, он расстался с Кларой. Вскоре она вышла замуж и стала называться Кларой Рокмор.

Лишь в 1936 году, чуть ли не 10 лет спустя после приезда, он тоже женится - на негритянке, черной балерине Лавине Уильямс. Это был вызов обществу. Супруги Термен становятся изгоями.

Для себя и для жены он построил электронную крепость - в центре Манхэттена, на Вест 54-й стрит. В 1938 году, когда телевизоров, по сути, еще не было, приходящего гостя можно было видеть на телеэкране. Если он был желанен, перед ним сама открывалась дверь, его встречала музыка и цветы на телеэкране.

Как туда вошли нежеланные гости, агенты НКВД, неизвестно. Они увели его на глазах испуганной жены. А вскоре он был уже в Москве, в Лубянской тюрьме.

О том, что случилось дальше, Термен рассказал мне годы спустя.

Следователь заявил, что его, как невозвращенца, конечно же, расстреляют, если он не будет сотрудничать с властями.

- Признайтесь, как вы и ваши ученые дружки в Ленинграде готовили покушение на товарища Сталина.

- Но ведь я был в США, Сталин - в Москве, коллеги - в Питере.

- Вы умный человек. Признаетесь, если захотите жить.

Месяц спустя Термен "признался" в том, как он и группа астрофизиков хотели убить товарища Кирова.

- Покушение на Кирова тоже годится, - сказал следователь.

Киров, который к тому времени был уже мертв, собирался, де, посетить Пулковскую обсерваторию. Астрономы поместили фугас в маятник Фуко. А Термен радиосигналом из США должен был задействовать этот самый фугас, как только к нему подойдет Киров. Следствию сценарий Термена понравился. Что с того, что маятник Фуко не в Пулкове, а в Казанском соборе, а Термен в США не мог знать, когда у маятника окажется Киров?

Уже посаженные астрономы сразу во всем сознались, "заговор" был раскрыт, а Термен был отправлен в ГУЛАГ "всего" на 7 лет.

В шараге Термен "искупил свою вину". Он изобрел там подслушивающее устройство для НКВД, в просторечии - "жучок", да столь эффективный, что получил за это Сталинскую премию и свободу - правда, не от КГБ. Он признавался американцу Стивену Мартину в 1991 году(!), что все еще боится "Kaga Bay", то есть КГБ, что Стивен принял за какой-то залив на юге.

Уже в 60-е годы изобретателя пристроили работать в Московскую консерваторию. Когда же он решил вновь заняться электронной музыкой, ему наотрез отказали:

- Электричество существует, чтобы казнить предателей, а не для того, чтобы создавать музыку.

Термен мог сказать о себе, чуть переиначив строку поэта: "Я знаю, что там небо тоже есть. Я умер там и не воскресну здесь". Но там, в Америке, он не умер.

В 1951 году в США вышел фильм "День, когда остановилась Земля". Тема его - космическая, к нам прилетают инопланетяне. Озвучить картину решили неземной музыкой. Больше всего для этого подошли мелодии, исполняемые на терменвоксе, - создателю их, композитору Бернарду Герману нужен был широкий диапазон звуков.

Фильм этот еще ребенком увидел Стивен Мартин и был так потрясен, что стал общаться с братом не словами, а звуками, напоминающими те, что производят на терменвоксе.

А между тем электронная музыка в США переживала как бы второе рождение. Терменвокс дал возможность озвучить ленту Хичкока Spellbound ("Зачарованные"), фильм Билла Уайдера "Потерянный уикэнд"; он звучит в песне Good vibrations (ансамбль Beach Boys). Да разве все перечислишь!

Когда в 1980 году Стив Мартин стал озвучивать собственный фильм, ему потребовался терменвокс. Судьба привела его к Кларе Рокмор, ученице и подруге Термена. И тут у него родилась мысль создать документальную ленту об отце электронной музыки. Как же обрадовались и Клара, и Стивен, когда узнали, что престарелый Термен жив-здоров и проживает в Москве.

Прошо 11 долгих лет (и один государственный переворот), прежде чем Стивен смог не только приехать в Москву, но и увезти с собой в США основателя электронной музыки.

Термен ездил по Америке, смотрел фильмы, слушал электронную музыку, звучавшую на инструментах, которые вели происхождение от его терменвокса.

И вот состоялась встреча, которой так желал и боялся Термен. Он встретился с ней, с Кларой.

Они долго мочали. Потом Клара сказала:

- Как хорошо, что мы все-таки вновь увиделись... в таком возрасте.

- Ай, Кларенок, ну какой наш возраст? - сказал 95-летний Термен, как юноша покраснев.

В 1995 году на экраны вышел поставленный Стивеном Мартином фильм "Электронная одиссея Льва Термена". А умер Термен двумя годами ранее, в ноябре 1993 года.

Но для меня он жив - и в памяти, и на экране, и в космических мелодиях, творимых с помощью волшебного музыкального инструмента, терменвокса - голоса Термена.


Содержание номера Архив Главная страница