Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #17(224), 17 августа 1999

Ася РОХЛЕНКО (Вашингтон)

BUSINESS

Я не жила в эпоху краха Римской империи и могу судить о превращении классической латыни в вульгарную только по письменным свидетельствам, то есть по книгам. К слову, русское "вульгарный" - грубый, неприличный и "вульгарная" латынь - не одно и тоже. Vulgaris (lat.) - общенародный, всеобщий, и стало быть вульгарная латынь в отличие от классической латыни Цицерона - народный латинский язык. Русское слово "вульгарный" с резко отрицательным значением восходит к французскому vulgaire - обыкновенный, заурядный и даже пошлый.

Итак, я не была свидетелем падения классического латинского языка, который вместе с древнегреческим создал основу европейской культуры и цивилизации, но мне выпало счастье посетить "сей мир в его минуты роковые", и я могу точно описать день и час, когда русский язык эпохи развитого социализма стал отступать перед напором английского (американского) языка. На дворе стоял 1990 год, уже полным ходом шла горбачевская перестройка, жить было очень интересно, но сложно в бытовом отношении - магазины опустели, как будто над ними пронесся цунами. Особенно это впечатляло в новых магазинах с большими просторными залами - здесь можно было играть в футбол или танцевать под присмотром сидящей в углу одинокой и никому не нужной продавщицы.

Тогда мне остро понадобились чемоданы (собиралась в эмиграцию), и в поисках оных я забрела в Гостиный двор. Дело было в Ленинграде, это уже без меня мэр Ленинграда Собчак переименовал город в Санкт-Петербург (сам он, кстати, не коренной ленинградец, да простят меня читатели за снобизм). Торговля в то время шла не внутри магазина, а на его галереях под охраной милиции, так как желающих купить было в сотни раз больше, чем товара. Я увидела, что несут люди... чемоданы! Со скоростью спринтера я взлетела на второй этаж и стала в конец километровой очереди со слабой надеждой еще в этой жизни добраться до прилавка и купить столь нужные мне товары. Тут я и стала свидетельницей исторического события - вдоль очереди, предлагая эти же вожделенные чемоданы, только вдвое дороже, двигались молодые мужчины и женщины. Милиция смотрела на них вполне доброжелательно. Люди в очереди, не подозревая, что они - свидетели Истории, гневно возмущались и обращались к милиции за помошью. Всем было ясно, что это - спекулянты и милиция должна пресечь это безобразие, а милиция улыбалась и объясняла неразумному населению, что это теперь называется не спекуляция, а бизнес. Так русский язык обогатился этим новым словом. Соответственно люди, занимавшиеся этим, простите за выражение, бизнесом, стали гордо именовать себя бизнесменами, независимо оттого, мужчины они или женщины.

Грамматическая структура русского языка все-таки наведет порядок и введет женский род. Слово "спортсмен" получило и узаконило женский род - "спортсменка", прибавив суффикс "ка". Уже появилось слово "бизнесменша", что звучит не очень уважительно, но зато явно женского рода. Язык верен своему грамматическому строю, и это утешает.

Насколько успешно слово "бизнес" живет в русском языке можно судить по печати, но что окончательно убедило меня в его победоносном, триумфальном шествии по всей России, в любой среде, так это речь Патриарха Московского и Всея Руси Алексия Второго при освобождении двух православных священнослужителей Сергея Потапова и Петра Макарова из чеченского плена. Вот его слова:

- Бизнес на заложниках аморален, и вдвойне аморален по отношению к священнослужителям, которые вносят умиротворение во встревоженные души людей, проживающих в горячих регионах.

От слов Патриарха и моя душа встревожилась. Я бы сказала: "торговля людьми аморальна"... да, видно, "бизнес" вытеснил собой русские эквиваленты.

Вслед за "бизнесом" саммит сменил "встречу в верхах", президент произнес инаугурационную речь, печать стала именоваться масс-медиа, и пошло-поехало. Хочешь не хочешь, а учи английский язык, тем более, что и доллар стал более уважаем, чем свой родной рубль. Идиоматические выражения (самая прочная, устойчивая часть языка), и те стали поддаваться. "Удар ниже пояса" в Думе заменили на "удар ниже пейджера". Остроумно, но думаю, что ненадолго, так как пейджер уже уступает место мобильному телефону, и носят его не на поясе, а в нагрудном кармане.

Поживем - увидим, что новенькое принесет нам русский язык, который все равно отбросит то, что будет ему мешать, обогатится тем, что сможет переварить и подчинить себе, и останется великим и могучим.


Содержание номера Архив Главная страница