Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #14(221), 6 июля 1999

Виктор КОРЧЕНОВ (Нью-Йорк)

ЭТО БЫЛО ВПЕРВЫЕ В ОДЕССЕ

ОТ "ПАУКА" ДО ПЕРВОГО ПОЛЕТА

Кому из нас не лестно порой узнать, что именно в его городе прежде произошло нечто особенное или вообще впервые? Патриотизм же одессита общепризнано гипертрофирован. С каким-то даже спортивным азартом одесситы утверждают, что их оперный театр - самый красивый в мире, а город - самый прекрасный. Вспоминают, что еще в 1829 году в Одессе впервые в мире в борьбе с холерой в качестве антисептика была успешно применена хлорная известь, а в 1838 году впервые в России был уложен асфальт. Что в 1886 году была открыта первая в России и вторая в мире бактериологическая станция и что в 1891 году первый в России автомобиль прогромыхал именно по одесским улицам. Что первый в России авиаклуб был открыт в 1908 году и тоже, естественно, в Одессе. И именно в одесское небо в 1910 году впервые в России взлетел первый русский летчик. Да сколько еще таких "что"?!

Одесское общество велосипедистов-любителей, устав которого был утвержден в январе 1888 года, было одним из первых спортивных обществ в городе. Оно возникло вскоре после того, как в мире появился так называемый бициклет - новая конструкция велосипеда с колесами одинакового диаметра и цепной передачей на заднее колесо. У предыдущего же велосипеда, называемого в просторечии "пауком", переднее колесо, над которым восседал "циклист", было значительно больше заднего.

Цель общества, согласно его уставу, заключалась в "сближении любителей велосипедной езды, усовершенствовании в ней и распространении употребления велосипеда как здорового, удобного и приятного средства передвижения". В действительные члены принимались лица, "достигшие совершеннолетия, за исключением лиц женского пола, воспитанников учебных заведений, нижних воинских чинов и юнкеров; лиц, подвергшихся ограничению прав по суду, и лиц, исключенных из каких бы то ни было обществ".

В начале 90-х годов, когда число членов клуба возросло до 400 человек, общество стало устраивать специальные манежи для обучения велосипедной езде в зимнее время года. На открытом в 1892 году манеже в здании по улице Ришельевской, 8, помимо преподаваний уроков езды, спортсмены демонстрировали искусные упражнения, или, как тогда говорили, "вольтижировку", а также проводили костюмированные вечера, на которых дефилировали перед зрителями на велосипедах разных эпох, начиная с конца XVIII века и до самых современных тогдашних моделей с "дутыми" шинами. Другой манеж был оборудован в доме бывшего Благородного собрания по улице Садовой, 8, в саду которого в январе 1894 года общество велосипедистов-любителей устроило первый в Одессе ледяной каток для состязаний конькобежцев на призы.

Летние же соревнования велосипедистов первоначально проводились на открытом еще в 1890 году на 4-й станции Большого Фонтана скаковом поле (ипподроме) Новороссийского общества поощрения коннозаводства. Это знаменательное место навсегда останется в скрижалях истории отечественной авиации: отсюда 8 марта 1910 года на аэроплане "Фарман" впервые в России поднялся в небо первый русский летчик Михаил Ефимов.

И небо продолжало увлекать земных. В том же месяце в целью получения диплома авиатора состоялся полет легендарного одесского велосипедиста Сергея Уточкина, а холодным ветреным осенним днем 12 ноября того же 1910 года вместе с популярным в прошлом борцом, но ставшим теперь авиатором Иваном Заикиным покорил воздух известный русский писатель А.И.Куприн. Полет оказался гибельным, но к счастью, только для аэроплана. И хотя мужественному и хладнокровному пилоту удалось тогда предотвратить беду, и не только никто из многочисленных собравшихся на ипподроме зрителей, но даже сам авиатор и его пассажир не пострадали, все же отвести от Заикина беду не удалось. Не помогло даже благородство писателя, в открытом письме через посредство "Одесских новостей" взявшего всю вину на себя: "Несомненно, что виною падения И.М.Заикина вместе с аэропланом и мною был только я, нижеподписавшийся... Вряд ли он поверил моим словам, что во мне около 6 пудов, если не с лишним. Но 13 с половиною пудов, при довольно сильном ветре, оказались для аппарата чрезмерным грузом... Я же утверждаю, что И.М.Заикин сделал все возможное сначала для того, чтобы не задеть людей, а затем, чтобы спасти аппарат". Но все-таки разгневанные владельцы аэроплана братья Пташниковы инкриминировали всю вину Заикину, и пилот был вынужден вернуться к цирковой борьбе.

Вдохнувший в себя спортивную жизнь Одесского аэроклуба и Новороссийского общества поощрения коннозаводства ипподром с его триумфами и треволнениями начала девятисотых годов никак не мог удовлетворять требованиям Общества велосипедистов-любителей. Ведь оно, как уже отмечалось, свои первые состязания циклистов устраивало на покрытом грунтом беговом круге, предназначенном для бегов и скачек. Местные газеты тех лет не без сарказма отмечали толстый слой пыли, систематически покрывавший лица, руки и шеи гонщиков. И славившееся прекрасными спортсменами Общество велосипедистов-любителей спустя 4 года после открытия ипподрома, 26 июня 1894 года, соорудило на Михайловской площади в Александровском парке (где уже в наши дни стал устраивать свои аттракционы чешский Луна-парк) первый в России асфальтовый трек. Его длина составляла 355 метров, а ширина - 5 метров. Для зрителей были устроены крытые трибуны, вмещавшие около 800 человек. Учитывая интерес публики к велосипедным состязаниям, общество стало приглашать виднейших представителей иностранного циклизма. Здесь устанавливались всероссийские рекорды и разыгрывалось звание "Первый ездок юга России", проводились "Интернациональные заезды" и международные гонки с участием чемпионов мира и лучших велосипедистов Франции, Германии, Италии, Австрии и других стран. Большинство первых призов доставалось тогда замечательному русскому спортсмену Сергею Уточкину, выступавшему как в спринтерских гонках, так в гонках на различные дистанции от полутора и до ста верст.

Победителям соревнований вручались жетоны с воспроизведением эмблемы общества: на небольшом геральдическом щите, рассеченном по диагонали на три покрытые эмалями белого, синего и красного цветов части, изображены крылатое велосипедное колесо, буквы "О.О.В.Л." и дата "1888" - год основания Одесского общества велосипедистов-любителей.

ЭХ, ПРОКАЧУ!

И такое белоснежное, но ужасно грохотавшее и извергавшее неимоверное количество дыма чудо, как первый в России автомобиль, также довелось созерцать жителям Одессы на своих тогда еще немощенных улицах. Эта необычная диковина - привезенный из Франции "Бенц" - принадлежала весьма популярному в городе редактору - издателю газеты "Одесский листок" В.В.Навроцкому.

С того достопамятного 1891 года "экипаж без коня" основательно вошел в жизнь города. И наряду с конкой, трамкаретами, извозчичьими бнежами для фаэтонов на резиновых шинах, дрожек, карет и ландо стали появляться и первые автомобильные биржи.

В 1910 году путеводители по Одессе предлагали приезжим биржу, расположенную в самом центре города, на Дерибасовской, возле Городского сада, в виде следующего объявления: "Автомобили с таксометрами, вполне удобные и изящные, можно иметь по цене 30 коп. За 1 версту с уплатой по 10 коп. За каждые 4 минуты..." Правда, тут же следовало предостережение: "Покуда удовольствие это еще слишком дорогое".

На улицах старой Одессы.

Большинство автомобилей в городе составляло частную собственность. До двадцати представительств и отделений всевозможных иностранных автомобильных фирм обосновалось тогда в Одессе. И самой лучшей рекламой им послужил открытый 15 апреля 1912 года автомобильный салон, устроенный Одесским автомобильным обществом в помещении скейтинг-ринга по улице Греческой, 48 (сам скейтинг-ринг был оборудован в 1910 году на месте сгоревшего четырьмя годами раньше здания старого Русского театра).

Салон вмещал в себя несколько отделов. В общем отделе - истории автомобилизма в Одессе - 19 фирм экспонировали в хронологическом порядке все типы автомобилей (в том числе и грузовики), существовавшие в то время в городе. Шины, масла, непромокаемые плащи и костюмы были выставлены в другом отделе. И наконец, в третьем отделе салона была представлена литература: книги, брошюры и другие издания по автомобилизму и автомобильному спорту.

Выставка эта просуществовала недолго - всего две недели, но как память о ней сохранился серебряный жетон работы местного гравера и ювелира Л.Пахмана с накладным изображением автомобиля, с надписью: "Автомобильный салон в Одессе" и датой - "1912".

НЕМНОГО О ФОТОГРАФИИ И, КОНЕЧНО, О СТАРОЙ ОДЕССЕ

Кому из нас не приходилось трепетно рассматривать старые фотографии своих мам, пап, дедушек и бабушек? А кому-то, слава Богу, повезло на предмет сохранения семейных реликвий, прадедушек и прабабушек. Вначале - совсем маленьких, потом - заметно повзрослевших, в белоснежных подвенечных платьях, барышень или тревожно о чем-то задумавшихся, уже в военной форме, мужчин - постоянных защитников своего отечества, с бравыми усами, боевыми наградами да оголенными шашками. А вот и более памятные нам черты - фотографии большей частью почему-то бабушек - такие добрые, испещренные морщинами, но такие мудрые, столько пережившие милые старческие лица!

"Передо мной целый ряд портретов - самых обыкновенных фотографических портретов. Они - в толстых, выцветших, облезших с изорванными паспарту альбомах, от которых веет ароматом старины. Портреты поблекли, и даже выражение лиц на них какое-то угасшее, но это не время наложило на них свою печать... Что такое время? Портреты поблекли потому, что взоры родных и близких, глядя на черты любимого лица, уносили с собою частицы его жизни", - с такой душевной теплотой описал фотографию в изданных в 1913 году исторических очерках "Старая Одесса" известный журналист и библиограф А.М. де Рибас.

Александр Михайлович вспоминал: "Лучшими фотографами в старой Одессе считались Филипп Гааз, Федоровец, Хлопонин и Мигурский. Гораздо позже появились Антонопуло, Димо, Чеховский и другие. Мигурский имел в Одессе фотографический институт, из которого вышло много прекрасных учеников".

Но это всего лишь воспоминания... Одним из источников, позволяющих приблизиться в поисках ко времени появления первых фотографических салонов, был "Новороссийский календарь на 1857 год". В главе "Одесские адреса" в разделе "Художники" (что можно объяснить признанием фотографии как вида искусства уже в то время) наряду с живописцами, иконописцами, портретистами и скульпторами по дереву и мрамору перечислены также фамилии первых одесских фотографов: Гааз, Гешеле, Гольдштейн, Кордыш, Сковронский и Хлопонин. В более ранних "Календарях" фотографы не значились вообще. Но кто же из перечисленных выше был, так сказать, "патриархом" одесских фотографов?

Ответить на поставленный вопрос мог только "Одесский вестник". Просматривая эту газету за 1855 год, удалось обнаружить следующее объявление:

"На Итальянской улице, в доме Тальянского под #12, открыта фотография художника Александра Хлопонина, ежедневно с 10-ти часов утра до 4-х вечера. Портреты - 5 и 8 руб. сер. без красок; красками же 12 и 15 руб. сер. сообразно с величиною портрета. Там же преподаются уроки фотографии на бумаге и стекле".

Насколько значительной была стоимость одной фотографии, можно судить, исходя из цен на различные продукты питания, ежемесячно публиковавшихся в той же газете. Так, например, фунт пеклеванного хлеба стоил тогда полторы копейки, фунт говядины - три с половиной, а телятины - четыре с половиной копейки.

Годом раньше, 22 мая 1854 года, отыскалось еще одно сообщение:

"Посетив на днях фотографическую мастерскую г-на Сковронского (на Екатерининской улице, в доме Бутырского), мы нашли, что портреты, исполняемые им, в настоящее время значительно усовершенствованы им с прошлого года, когда мы в первый раз познакомились с его мастерскою. Кроме необыкновенного сходства, они отличаются еще тем достоинством, что лица не выходят на них смуглыми (как это часто случается в фотографии), но имеют настоящий свой цвет, так же, как и волосы, по которым вы тотчас отличаете блондина от брюнета. Сковронский с любовью занимается своим делом и прилежно усваивает себе все улучшения и усовершенствования по части фотографии. В настоящее время он снимает первый тип на стекло, с которого в короткое время может сделать вам сколько угодно оттисков. Сеанс для первого типа у него продолжается всего несколько секунд".

Здесь надо отметить, что в середине прошлого века в фотоискусстве существовало два направления: появившаяся в 1839 году дагерротипия Луи Дагерра, работавшего в содружестве с физиком Иосифом Ньепсом, и изобретенная двумя годами позднее английским изобретателем Уильямом Талботом так называемая калотипия - общеизвестная сейчас фотография. В обоих независимых друг от друга открытиях светочувствительным слоем являлся иодид серебра, с тем только отличием, что дагерротипия позволяла получить сразу позитив, то есть фотоснимок, правда, в единственном экземпляре, в то время как при калотипии, используя бумажный негатив, можно было получить неограниченное количество отпечатков.

Просматривая комплекты "Одесского вестника" в обратной последовательности, удалось наконец установить фамилии первых в Одессе фотомастеров. В 1843 году поместили свои объявления известный в то время в городе портретист - живописец Мюнхенской королевской академии живописи Филипп Гааз, а также дагерротиписты Кубат и Диц. Спустя 8 лет стали фотографами бывшие живописцы Шмидт и Сковронский.

Со временем фотографическое искусство совершенствовалось, и "Новороссийский календарь на 1864 год" помещает уже объявление фотографа Мигурского об открытии им фотографического института в Одессе:

"Принимаются заказы на хромофотографии, микрофотографии, фотографии на фарфоре, эмали, дереве, кости, шелковой материи и др. Желающим изучить фотографию специально г. Мигурский преподает уроки теории и практики фотографии и фотографической химии. Курс стоит от 50 до 250 руб. сер., смотря по числу лекций. Для фотографов при институте открыто большое депо всех принадлежностей, аппаратов и препаратов для фотографии из самых лучших и специальных фабрик Англии, Франции и Германии".

Работы первых одесских фотографов были салонными и, связанные с существовавшей тогда стационарной аппаратурой, носили в основном портретный характер. Известные сейчас ранние фотоснимки архитектуры Одессы, ее улиц и различных событий относятся к более позднему периоду - концу 60-х - началу 70-х годов прошлого века.

В июле 1912 года, когда в Одессе насчитывалось уже около 60-ти фотографических салонов, увидел свет первый номер журнала "Вестник Одесского фотографического общества", посвященный его деятельности и "обозрению успехов фотографического знания". Просуществовал он до мая 1914 года. Через год ему на смену вышел популярно-научный и художественный журнал "Русский фотографический вестник".

Из различных сообщений, публиковавшихся в журналах, можно доведаться, что Одесское фотографическое общество было старейшим в России среди себе подобных, что в 1894 году в Одессе были организованы первые в России фотографические курсы, а также Всероссийская выставка, что в 1916 году было основано первое в стране фотографическое учебное заведение - 3-годичные фототехнические курсы Г.С.Михайлова-Мучкина.

До наших дней дошло много старых фотографий. Их паспарту сохранили тисненные золотом фамилии фотографов, адреса, а также изображения всевозможных наград, которых многие фотографы были удостоены на различных международных выставках.

Дополнительную память оставили нам мастера-ювелиры в виде миниатюрных произведений искусства. Одним из таковых является вычурной формы серебряный жетон. В его центре, в овале, увенчанном гербом Одессы под Императорской короной, на перегородчатой красной эмали - монограмма из переплетающихся древнерусских букв О.Ф.О. На обратной стороне выгравировано: "1891-Х-1901" - 10-летний юбилей первого в России Одесского фотографического общества.

Второй известный пока жетон представляет собой пластинку прямоугольной формы, на ее лицевой стороне - эмблема Одесского фотографического общества: изображение обнаженной мужской фигуры, с усилием раздвигающей скалы, чтобы дать возможность пробиться солнечным лучам - символу всего нового и светлого.


Содержание номера Архив Главная страница