Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №11(218), 25 мая 1999

Нина АЛОВЕРТ (Нью-Йорк)

"ЖАР-ПТИЦА" В ИНДИАНАПОЛИСЕ

Сцена из балета "Жар-птица". Постановка Эльдара Алиева. Фото Нины Аловерт.

В апреле труппа "Интернациональный балет Индианаполиса" показала премьеру балета "Жар-птица" на музыку Игоря Стравинского. Хореограф - Эльдар Алиев. Алиев, в прошлом - премьер балета Мариинского театра в Санкт-Петербурге (в его время он назывался Театр оперы и балета им.Кирова), с 1994 года - художественный директор театра в Индианаполисе.

Идею "Жар-птицы" придумали Михаил Фокин и Сергей Дягилев, которым не хватало для русской программы в Париже национального балета. Фокин сочинил либретто по мотивам русских сказок. Дягилев сначала заказал музыку А.К.Лядову. Но Лядов работал очень медленно, и тогда Дягилев "отдал" балет молодому ученику Римского-Корсакова Стравинскому. Оформлял балет А.Я.Головин, за исключением костюмов самой Жар-птицы и Царевны, созданных А.Н.Бенуа. Оформление "а ля рюсс" было стилизовано художниками в духе эстетических идей "серебряного века". Премьера состоялась в Париже в 1910 году и стала одним из шедевров "Русских сезонов" Дягилева. Такова вкратце история возникновения первой постановки.

Как интересно складывается судьба некоторых балетов! "Жар-птица", кажется, с самого рождения была признана одним из лучших балетов Фокина. И несмотря на это, многие крупнейшие хореографы мира брались за кардинальную переделку или создание своей редакции фокинского балета, а художники - за новое оформление: на протяжении почти столетия музыка и идея балета продолжают будоражить фантазию творцов самых разных направлений.

Открыл этот список Федор Лопухов уже в 1921 году. Лопухова не удовлетворила хореография Фокина, и он сочинил свою, но на ту же музыку Стравинского и в соответствии с сюжетом Фокина для балета Мариинского театра (некоторые хореографы ставили оригинальный балет, используя только сюиту Стравинского: Морис Бежар в 1970 году - о Птице-Фениксе, в 1998 году Уве Шульц о Птице, прилетевшей на землю с иной планеты, в обеих редакциях Птица - мужской образ).

Алиев использовал персонажей оригинальной редакции: Жар-птица, Иван, Царевна, Кащей, но написал новое либретто также по мотивам русских волшебных сказок (в России у него был предшественник на этом пути: Борис Эйфман). У Фокина Жар-птица летает в сад клевать волшебные яблоки. Иван Царевич подчиняет себе Жар-птицу, и она помогает ему победить Кащея и освободить Царевну и ее подруг, которых Кащей держит в плену. Балет кончается апофеозом: коронацией Ивана и Царевны на царство в сказочном русском городе. Алиев объединил два женских образа: Кащей держит в плену Царевну, которую он превращает в Жар-птицу, чтобы она летала для него за молодильными яблоками. Дальше, как и полагается в сказке, герой убивает Кащея, расколдовывает Принцессу и женится на ней.

Но у постановщика возникла серьезная проблема: музыка написана на готовый сюжет, музыкальная драматургия не соответствовала новому замыслу. В свое время Эйфман подгонял свой сюжет под сюиту Стравинского. Алиев "подгонял" под сюжет музыку. Для этого ему пришлось поменять местами некоторые музыкальные сцены. Балет Алиева начинается не появлением Царевича в волшебном саду и дуэтом с Жар-птицей, а плясками девушек на лесной поляне. Поэтому в его балете сразу за вступлением следует "музыка царевен" из средней части музыкальной сюиты.

Хореография балета - соединение классического танца с русским фольклором. Гротесковый, фантастический танец Кащея и его свиты также создан на классической основе. Алиев не является хореографом-новатором, но он работает в тенденциях современного направления, то есть на пересечении разных стилей танца, спорта, акробатики. Алиев ищет наиболее выразительные средства для своего балета в материале, накопленном его предшественниками в XX веке. И на этом пути он - Мастер: его хореография музыкальна, изобретательна и осмысленна.

Но говорить о спектакле в театре Индианаполиса можно, только соединяя хореографию и оформление балета, потому что балет создан в неразрывном единстве музыки, хореографии, декораций (Семен Пастух), костюмов (Галина Соловьева) и освещения (Роберт Петерсон). И в этой художественной цельности я вижу главную удачу спектакля. Художники сцены не просто создали изумительное по красоте оформление, но они чутко отзываются на каждую новую музыкальную интонацию и готовят зрителя к эмоциональному восприятию следующей картины.

Первая сцена: на лесной поляне на фоне огромной маски какого-то языческого божества играют и танцуют девушки. Костюмы еще больше стилизованы, чем в начале века. Платья девушек (в нежной гамме от светло-зеленого до светло-сиреневого цвета) напоминают русские сарафаны, но очень отдаленно, эти платья слишком изысканы для народного костюма. Силуэты и пастельные тона нарядов могут напомнить и женские наряды на картинах Ботичелли... Словом, современный зритель свободен в своих ассоциациях. Танец девушек - безостановочное движение: композиции мимолетны, позы не зафиксированы, а кружение кажется бесконечным. Прыжки девушек с поджатыми ногами вызывают представление о языческом празднике Ивана Купалы, когда девушки и юноши прыгали через костер. Но и в танце ассоциации даны хореографом только намеком. И хореограф, и художники вместе создают атмосферу волшебной сказки.

Балет "Жар-птица"."Общая пляска". Фото Нины Аловерт.

Появляются юноши, и песочная гамма их стилизованных под русские костюмы рубах и портов сразу придает сцене более реалистический характер. В хореографической сцене юношей и девушек и движения русского танца использованы более конкретно. Девушки на высоких оддержках вновь повторяют позу прыжка с поджатыми ногами, но теперь юноши крепко держат своих лесных красавиц, не давая им больше лететь, бежать, кружиться. В некотором царстве, в некотором государстве отношения между действующими лицами вполне человеческие...

Оставшись один, герой "идет" по заколдованному лесу. Алиев по-своему прочитал этот музыкальный отрывок (в оригинале была пластическая пантомима: Иван пробирается в волшебный сад) и поставил Ивану классическую вариацию. Герой танцует ее среди низко свисающих ветвей огромных деревьев, и я нахожу сочетание очень удачным: Алиеву и художникам удалось создать танцевальную сцену таинственного путешествия в темной чаще, где "ели темные, пни огромные"... Вообще на протяжении всего балета атмосфера таинственности ни на минуту не нарушается ни художником, ни хореографом.

Выход Жар-птицы - следующая удача совместной работы хореографа и художников. На музыку появления Жар-птицы сцену заливает красный свет, и в глубине сцены сверху просыпается красно-золотой дождь: там пролетает Жар-птица, теряя перья. Алиев поставил выход Птицы как комбинацию стремительных вращений (шене, туров) с переменой рук и корпуса и таким образом создал впечатление ее стремительного полета. Костюм Птицы состоит из облегающего красного трико, на которое надета красная юбка наподобии тюрнюра. Во время вращений тюрнюр "летит" сзади танцовщицы, как хвост птицы (хотя верх костюма, на мой вкус, перегружен декоративными деталями). Покорение Иваном волшебной птицы состоит из таких сложных поддержек, что немудрено ей в конце концов утомиться и подчиниться герою...

Царство Кащея в своей тяжелой, зловещей красоте противопоставлено художниками светлому празднику людей. Посреди сцены расположено огромное дерево, когда оно раскрывается, виден "дом" Кащея: золотая лестница и трон. Когда Иван убивает Кащея, тот остается лежать на золотой лестнице, как обгоревший сучок.

Вся пиротехника использована Пастухом и Петерсоном с большим вкусом и художественным смыслом: в красном дыму пожара дерево вдруг обретает какие-то сюрреалистические формы: там, где угадывалась таинственная крона, появились отвратительные обрубки: то ли толстые сучья, то ли оборванные провода космического корабля? Современный зритель опять-таки может выбирать любую ассоциацию, детали неконкретны, но создают определенный фантастический образ мертвого дома Кащея, разрушенного волшебства. Со смертью злого колдуна исчезла обманная красота и обнажилось уродство.

Ни Кащей, ни его свита не имеют точного прообраза. На спине у Кащея расположены зубья, как на хребте ящера, но в танце Кащей и его свита скорее напоминают пауков, чем ящеров: раскоряченные руки, "вывернутые" по второй позиции ноги создают образ "многоножки". Да и костюмы свиты, черные облегающие трико, на которых фосфорицируют нарисованные кости скелета, "украшены" свисающей паутиной. Словом, погань лесная. Композиционно танец свиты Кащея создан хорошо. Но, к сожалению, ни хореограф, ни художник не подумали о том, как выделить Кащея в этой светящейся массе: во время общего "поганого пляса" Кащей почти неотделим от кордебалета.

На музыку "колыбельной", где у Фокина Жар-птица усыпляла кащеево царство, Алиев поставил дуэт Ивана и Жар-птицы, которая уже приняла свой женский образ Царевны. Дуэт музыкален и соответствует печально-завораживающей мелодии: бедная Царевна жалуется Ивану на свою судьбу. Но здесь у меня есть претензии к драматургии, поскольку драматургия выстроена по законам логического сюжетного спектакля. После того как Царевна отказалась стать женой Кащея, куда подевалось кащеево воинство? Почему Кащей засыпает? Чтобы дать возможность героям встретиться? Почему, если Кащей спит, Царевна не может просто бежать с Иваном? Ведь ее никто не охраняет! Неосуществленный замысел Алиева: слуги Кащея накидывают на Царевну золотую клетку, а Иван освобождает ее, нравился мне больше (сюжет был и понятнее и драматичнее).

Балет заканчивается, как заканчивается любая сказка, как и написано Стравинским, на "мажорной" ноте: Царевна и Иван танцуют вместе с "лесными девами" и их кавалерами на поляне под языческой маской. (Когда-то и Фокин хотел закончить балет общей пляской). Алиев поставил бравурный пляс более стилизованный под русскую пляску, чем танцы в начале балета. Но сама концовка - лирическая. Общий яркий свет сменяется таинственным полумраком, а застывшие влюбленные пары обведены контровым светом: идиллией красоты и гармонии танца, красок и света заканчивается сказочный балет.

Но эта красота хореографии и оформления осталась бы мертвой без прекрасных танцовщиков, которыми может гордиться театр. На премьере Жар-птицу и Царевну танцевала Карен Скальзитти, техничная, профессиональная балерина. Она легко справлялась с труднейшей хореографией Птицы, но в лирической роли Царевны я предпочитаю романтичную и пластически выразительную Сару Виале. В костюме Принцессы Сара напоминала известную фотографию Анны Павловой. На премьере Ивана танцевал импозантный Эрлендс Зиеминх, элегантный танцовщик и хороший партнер. Хотя в балете Алиева его социальный статус не обозначен, но Зиеминх - явный Принц. Иван в исполнении дургого артиста, Олега Горбулева, прекрасного танцовщика, более простонароден. Партию Кащея первые спектакли танцевал премьер труппы Харольд Уве Керн. Как и Сара Виале, этот талантливый и многообразный артист идеально чувствует стилистические нюансы хореографии. Его исполнение Кащея - большая актерская удача.

XX век дал нам большое число талантливых и великих хореографов, которые руководили крупнейшими театрами мира. Сегодня эти хореографы, создатели балета XX века, постепенно уходят из театра и из жизни. Во главе балетных трупп все чаще становятся бывшие премьеры этих театров. Это не всегда удачно, поскольку артистический директор труппы и танцовщик, даже самый выдающийся, - это совершенно разные профессии. Но Эльдар Алиев оказался талантливым артистическим директором. У него есть четкая программа: создание репертуарного театра с сюжетными балетами международных хореографов XX века, и он ее последовательно осуществляет. Алиеву удалось за 4 года создать разнообразный репертуар и сформировать хорошую профессиональную труппу, которая может гастролировать в любом театре планеты. В современном меняющемся балетном мире сохранение эстетических идеалов уходящей эпохи кажется мне не менее важной задачей, чем прокладывание новых путей.


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница