Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №9(216), 27 апреля 1999

Эмиль ГОЛИН (Чикаго)

ГИТЛЕРА ВООРУЖИЛ ЗАПАД?

Учение без размышления вредно,
Размышление без учения опасно.

Конфуций



Вторая мировая война была величайшей трагедией в истории человечества. В нынешнем году исполняется 60 лет со дня ее начала - повод для того, чтобы мысленно вернуться к ней и вновь попытаться проанализировать истоки этого апокалиптического события. Вполне своевременно поэтому опубликование в #3 "Вестника" статьи И.Ошмана "Золото и оружие для Гитлера", несомненно, привлекшей внимание читателя.

Истоки войны - понятие чрезвычайно широкое, имеющее глубокие психологические факторы (в подготовке Второй мировой войны факторы из области социальной психологии играли важную роль как никогда прежде). И.Ошман ограничился поисками ответов лишь на вопросы, сформулированные им следующим образом: "Кто вскормил Гитлера? Кто закрепил его власть? Кто строил ему заводы? Кто его финансировал? Кто помог ему вооружиться?" Вопросы эти занимают автора давно (в своем архиве мне удалось обнаружить его статью под названием "Кто же вскормил Гитлера?", опубликованную в НРСлове еще 19 августа 1994 года: нынешняя статья в основной своей части является едва ли не буквальным повторением той, прежней). Ответ, предлагаемый автором, однозначен: США, Англия и Франция, или, иначе говоря, - Запад.

Обратимся к аргументам автора. Это, во-первых, изданная Совинформбюро пропагандистская брошюра пятидесятилетней давности и, во-вторых, как сказано в статье, "свидетельства, мнения и доказательства иностранных экспертов мировой величины". Что ж, познакомимся с этими аргументами поближе.

"Главным негласным редактором брошюры был сам Сталин", - сообщает И.Ошман.

Брошюра, которую редактировал "сам", написана очень ловко. Значительная ее часть посвящена экономическим взаимоотношениям стран-победительниц в Первой мировой войне, главным образом США и Англии, с побежденной Германией периода Веймарской республики. Сущность этих взаимоотношений сводилась к тому, что Германия по Версальскому договору должна была платить победителям (кроме США) репарации, но большей частью не могла, а когда могла, то не хотела (президент Рейхсбанка Шахт очень умело уклонялся от платежей). С другой стороны, победители считали необходимым восстановить платежеспособность побежденной Германии, чтобы обеспечить выплату ею репараций Франции и Англии, что было необходимой предпосылкой погашения этими державами их военных долгов Америке. В итоге оказалось, что за период с 1919 по 1932 год (в этом году взымание репараций было прекращено) Германия получила от победителей, главным образом от США, в виде займов и инвестиций значительно больше (почти в 2 раза) средств, чем выплатила репараций. Однако ни в коем случае не следует забывать, что речь идет о демократической Веймарской республике, а не о гитлеровском "Третьем рейхе". Ловкость же авторов брошюры "Фальсификаторы истории" состоит в том, что они излагают материал так, чтобы создать у читателей обманчивое впечатление, будто Запад предоставлял займы и капиталовложения Германии в предвидении прихода к власти нацистов, правда, нигде не говоря этого прямо. И.Ошман идет значительно дальше и в своей статье приводит следующую "цитату" из означенной брошюры: "золотой дождь" американских и иных займов оплодотворил гитлеровскую германскую военную индустрию, не дав ей зачахнуть в удавке Версаля". Слово "гитлеровскую" он вставил сам, в брошюре сказано: "германскую военную индустрию" - и только.

Перейдем теперь к упоминавшимся выше "иностранным экспертам мировой величины", на авторитетное мнение которых опирается И.Ошман. Кто они? Это в первую очередь Яльмар Шахт, которого И.Ошман цитирует больше всего. Затем следуют цитаты из речей Франклина Рузвельта, Уинстона Черчилля и Роберта Джексона (главного американского обвинителя на Нюрнбергском процессе). Перечень имен весьма внушительный. Оставим пока в стороне Шахта и займемся цитатами из речей трех остальных весьма уважаемых деятелей.

Этим цитатам предпослан следующий риторический вопрос: "Кто же позволил гитлеровской фашистской Германии перевооружиться?" Если сличить этот вопрос с вопросом: "Кто помог ему вооружиться?", заданным автором в начале статьи, то сразу же станет ясно, что вопросы эти - разные, ибо "помочь" и "позволить" - далеко не одно и то же. То, что Запад совершил роковую ошибку, позволив Гитлеру вооружиться, - бесспорно. И в цитируемом И.Ошманом отрывке из речи Рузвельта признается эта ошибка, но ни слова нет о том, что Запад вооружил гитлеровскую Германию. Черчилль с возмущением констатирует, что расчленение Чехословакии высвободит 25 германских дивизий, которые будут угрожать Западному фронту, но, опять же, здесь нет и намека на то, что Запад вооружил Гитлера. А Джексон лишь выражает сожаление по поводу того, что западные державы, включая США, в свое время не оказали достаточной поддержки демократическим силам Веймарской республики. Таким образом, И.Ошман совершает операцию, которая в логике называется "подменой понятий" - приводит цитаты, которые якобы подтверждают его тезис о вооружении Западом гитлеровской Германии, но в действительности к этому вопросу не имеют ни малейшего отношения.

Так что же остается от аргументов И.Ошмана? Один Шахт с его показаниями на Нюрнбергском процессе? Приглядимся внимательнее к этому "иностранному эксперту мировой величины". Шахт был одним из тех людей, которые привели Гитлера к власти. Это он, Шахт, в ноябре 1932 года вместе с Круппом, Тиссеном и другими магнатами капитала подписал письмо президенту Гинденбургу с требованием назначить Гитлера рейхсканцлером. Это Шахт еще раньше, в августе того же года, послал Гитлеру письмо, в котором были такие верноподданические (хотя тот еще не был у власти) слова: примите "уверения в моей неизменной симпатии - Вы можете всегда рассчитывать на меня как на Вашего надежного помощника" (Hitler: A Study in Tyranny By Alan Bullock. - Bantam Books, New York, 1961), что и обеспечило ему возвращение на пост президента Рейхсбанка в марте 1933 года, сразу же после прихода Гитлера к власти. Это Шахт накануне последних выборов в Рейхстаг (март 1933 года) на собрании крупнейших германских капиталистов сказал: "Деньги на стол!", чтобы финансировать победу нацистов. Шахт в числе других поставил свою подпись под документом, возлагающим обязанности главы государства на Гитлера (по совместительству с постом рейхсканцлера) после смерти президента Гинденбурга в 1934 году. И наконец, это о нем, Шахте, его ближайший коллега по гитлеровскому кабинету, министр финансов граф Шверин фон Крозигк со всей определенностью высказался следующим образом: "Он один из самых способных лжецов, которых я когда-либо знал" (Adolf Hitler By John Toland. - Ballantine Books, New York, 1977). Таков портретный набросок человека, слова которого И.Ошман сверх всякой меры цитирует и которые служат, по сути, единственным основанием для его инвектив в адрес Запада. Не слишком ли хрупок этот фундамент?

Будучи подсудимым на Нюрнбергском процессе, Шахт лгал и изворачивался изо всех сил, выдавая себя за противника Гитлера и эксплуатируя тот факт, что во время волны арестов, прокатившейся по Германии после неудачной попытки покушения на Гитлера 20 июля 1944 года, был посажен в концлагерь по подозрению в соучастии в покушении (и оказался впоследствии в руках американцев). И поскольку, в отличие от большинства обвиняемых, Шахт прямо не участвовал в преступлениях режима, он, не опасаясь за свою жизнь, избрал наступательную тактику защиты, обвиняя западные державы в том, что это они, мол, ответственны за крушение Веймарской республики и приход к власти Гитлера.

Косвенным образом он был прав, если, учесть роль Версальского договора в провоцировании в стране реваншистских, шовинистических и антисемитских настроений, чем умело воспользовался Гитлер.

Не следует, однако, игнорировать и другие обстоятельства, приведшие нацистов к власти: угроза захвата власти коммунистами, заставившую огромное большинство немцев отдать предпочтение другой альтернативе - нацизму, практика коммунистических преобразований в СССР, особенно раскулачивание и коллективизация, внушавшие ужас немецкому обывателю, порочные указания, получаемые немецкими коммунистами из Москвы и нацеливавшие их на борьбу якобы с главным врагом - социал-демократией, вместо того, чтобы создать единый фронт с нею против нацизма.

Однако приведенным И.Ошманом "свидетельствам" Шахта о якобы финансировании Америкой и Англией перевооружения гитлеровской Германии верить не следует. Вот, к примеру, в статье утверждается, что, мол, в результате поездки Шахта в Америку в мае 1933 года и его бесед с президентом Рузвельтом "гитлеровская нацистская Германия" получила "займы и инвестиции в военную (выделено мной. - Э.Г.) промышленность".

Утверждение, явно не соответствующее истине. Рузвельт всегда был убежденным противником нацизма, и совершенно нелепо предполагать, будто он, Рузвельт, поощрял развитие германской военной промышленности. К тому же Германия, согласно статье 168 Версальского договора, могла иметь лишь минимальное, строго ограниченное количество военных предприятий, и потому ни о каких иностранных инвестициях в военную промышленность не могло быть и речи. Поездка Шахта и его встреча с президентом действительно имели место, но вот что говорит по этому поводу столь авторитетное издание, как энциклопедия Gollier's: "В 1933 году он (Шахт. - Э.Г.) представлял Германию на экономических переговорах с президентом Франклином Д.Рузвельтом, в ходе которых преобладала точка зрения, согласно которой военное разоружение (выделено мной. - Э.Г.) необходимо для экономического восстановления" (Германии, разумеется. - Э.Г.) (Gollier's Encyclopedia, volume 20, Macmillan Educational Company , New York, P.F. Gollier, Inc. London and New York, 1981).

Так что не вооружения Германии желал Рузвельт, а наоборот - еще большего разоружения. Займы и инвестиции, предоставленные гитлеровской Германии США и Англией в мае и июне 1933 года, сразу же после прихода Гитлера к власти, отнюдь не предназначались для перевооружения Германии, а были вызваны стремлением Запада оказать ей экономическую помощь в условиях мирового кризиса, ударившего с особой силой по этой стране и облегчившего нацистам захват власти. Запад надеялся, что, смягчив остроту кризиса в Германии, он выбивает почву из-под ног нацистов и ослабляет их влияние на народные массы. Вскоре он осознал свою ошибку, и потому даже Шахт не мог припомнить, чтобы Запад предоставлял Германии денежные стредства когда-либо после мая-июня 1933 года.

Что касается других высказываний Шахта, приводимых И.Ошманом, то они либо не имеют отношения к доказываемому автором тезису, либо частные факты выдаются за правило (как, например, в случае с заводом "Оппель"), либо, опять же, являются откровенной ложью и демагогией, как, например, утверждения Шахта, что "Веймарская республика не устраивала некоторые западные страны", которые якобы проявляли по отношению к ней неуступчивость, отрицательно реагируя на все ее просьбы, хотя впоследствии были благосклонны по отношению к гитлеровской Германии.

В действительности Запад в течение всего периода существования этой республики делал ей непрерывные экономические и политические уступки. Три раза снижались размеры репараций, причитавшихся с Германии, и смягчались условия их выплаты, пока наконец в 1932 году Запад не отказался от репараций вообще (о том, что он дал ей значительно больше, чем получил, уже упоминалось выше). В 1925 году Германия стала равноправным (впервые после Версаля) участником международных соглашений, в 1926-м - принята в Лигу Наций, а ее министр иностранных дел Штреземан получил Нобелевскую премию мира. Державы-победительницы досрочно вывели свои войска из Рейнской области и распустили свою военную контрольную комиссию (что было их непростительной ошибкой), сняли контроль с деятельности Рейхсбанка и железных дорог. Иное дело, что мер, принятых державами-победительницами, оказалось недостаточно, чтобы предотвратить захват власти нацистами. Что же касается причин оправдания Шахта Нюрнбергским трибуналом, то это - вопрос особый, и факт этот ни в коей мере не свидетельствует о правдивости его, Шахта, показаний (к тому же не только советский судья Никитченко не согласился с приговором, но и Роберт Джексон, на которого ссылается не по теме И.Ошман. В отчете президенту Трумэну о работе трибунала он назвал оправдательные приговоры Шахту и еще двум обвиняемым "достойными сожаления").

Так выглядит аргументация г-на Ошмана, связанная с выдвинутым им тезисом, будто Запад дал Гитлеру "деньги и оружие" для будущей войны. Из сказанного видно, что этот тезис не обоснован и тенденциозен.

Но в таком случае: за чей же счет вооружился Гитлер? "А за чей счет вооружился в предвоенные годы сталинский Советский Союз?" - можно задать встречный вопрос. Советский Союз осуществлял свою индустриализацию и милитаризацию за счет, как нас учили, "внутренних источников накопления средств". И внутренними же источниками накопления пользовалась гитлеровская Германия, создавая свою военную экономику и перевооружаясь. Использованию этих источников в Германии способствовало то объективное обстоятельство, что она была мощной индустриальной державой, уже к 1927 году восстановившей уровень промышленного производства 1914 года и вновь вышедшей на второе место в мире после США по этому показателю. А другим важнейшим фактором эффективной мобилизации внутренних ресурсов страны для ее милитаризации явилась экономическая политика нацистского государства, активное вмешательство государства в деятельность частного капитала и превращение прежней частно-капиталистической экономики Германии в государственно-капиталистическую.

В гитлеровской Германии свобода предпринимательской деятельности частного капитала была резко ограничена, и государство стало регулировать цены на продукцию, ставки заработной платы, указывать капиталистам, что, сколько и где производить и кому продавать. Был введен режим жесткой экономии, замедлен рост производства предметов потребления и ускорен рост военного производства ("пушки вместо масла"), запрещен импорт ненужных для милитаризации страны товаров и стимулировался экспорт для приобретения валюты. Был запрещен вывоз капитала за границу, включая прибыли относительно немногих иностранных предприятий, имевшихся в Германии (вроде того же "Оппеля") - эти прибыли должны были в принудительном порядке реинвестироваться в самой стране. Прибыли всех капиталистов были ограничены 6% на вложенный капитал, остальная прибыль, если она имелась, также подлежала принудительному реинвестированию в экономику.

Уровень зарплаты лиц наемного труда снизился по сравнению со временами Веймарской республики, но рабочие были довольны, так как имелась в изобилии и гарантированная, без прежней вечной угрозы увольнения, работа на военных предприятиях или на их строительстве. К тому же забастовки были строжайше запрещены. В результате всех этих и иных подобных мер достигались самофинансирование германской экономики и рост налоговых поступлений в бюджет.

Другим источником финансирования ремилитаризации Германии явилось сведение бюджета с постоянным дефицитом, который покрывался печатанием новых денег и выпуском специальных векселей, которыми государство расплачивалось с производителями военной продукции. То есть в стране происходила постоянная, хотя и медленная, инфляция, снижавшая покупательную способность марки и являвшаяся, по сути, скрытым налогом на все население.

Еще один источник внутренних накоплений - "арианизация", то есть конфискация еврейской собственности и ее использование для нужд милитаризации страны.

Далее следует назвать доходы государственных отраслей хозяйства - железных дорог и почтового ведомства, аккумулируемые в бюджете для военных нужд.

Упомянем еще различного рода поборы с населения - как с богатых, так и с бедных - под видом "добровольных" взносов граждан, отказ от которых был для них чреват неприятными последствиями, а также обязательный, фактически бесплатный, труд (в течение определенного срока) молодых мужчин (женщин - по желанию) в возрасте от 18 до 25 лет.

Пожалуй, можно этим ограничиться, оговорюсь лишь, что перечисленные выше мероприятия осуществлялись уже до 1938 года, и потому здесь не упомянуты грабеж и эксплуатация оккупированных позднее стран.

Так обстояло дело в гитлеровской Германии с внутренними источниками накопления средств для подготовки к войне. Огромна вина Запада в том, что он не пресек первых агрессивных шагов гитлеровской Германии в середине 30-х годов, когда сделать это было легко, и не предотвратил тем самым последующий мировой катаклизм. Но не следует приписывать Западу то, чего он не совершал, - он не давал Гитлеру "золото и оружие" для войны.


Содержание номера Архив Главная страница