Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #8(215), 13 апреля 1999

Вилен ЛЮЛЕЧНИК (Нью-Йорк)

ТАЙНА МИЛЕТИЯ ЗЫКОВА ИЛИ ЕЩЕ ОДНА НЕИЗВЕСТНАЯ СТРАНИЦА ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

О Милетии Зыкове мне уже приходилось писать неоднократно. Но вот появились новые документы, и опять пришлось взяться за перо. Многое из того, о чем я сообщал раньше, не подтвердилось. Кое-что видится в свете новых публикаций несколько по-иному. Изменить свое видение проблемы заставили статьи А.Артемова "Тайна Милетия Зыкова" ("Посев", 1997, #3) и Эллы Максимовой "Скрывшись за своей фамилией" ("Известия", 1997, #62, 3 апр.). В совокупности с ранее использованными мною источниками они дают возможность приблизиться к истине и в какой-то степени разгадать одну из тайн Русского освободительного движения в годы той страшной войны. Впрочем, обратимся к фактам.

Анализируя документы Русского освободительного движения антисталинской направленности в годы Второй мировой войны, я все больше убеждался в том, что они готовились человеком огромной эрудиции и недюжинного литературного таланта. Ознакомившись с ними в полной мере, я понял, что над ними работал специалист, глубоко знавший марксизм и советскую действительность. Мало того, меня не покидала мысль, что имею дело с творчеством личности, вращавшейся в высших эшелонах власти. Власов, бывший до мозга костей военным человеком, обладал огромными организаторскими способностями и военным талантом. Однако сформулировать свои идеи в подобной форме он вряд ли сумел бы. Среди первой русской эмиграции, давно оторванной от Родины, тоже не было человека, способного подготовить программу, аналогичную той, которая была принята Комитетом освобождения народов России.

Но в ходе изысканий я, наконец, столкнулся с фамилией человека, которого в полной мере можно было назвать идеологом власовского движения. Оказалось, что в ближайшем окружении Власова, возглавлявшего движение, выдающейся и загадочной личностью был Зыков Милетий Александрович. Я же его раньше называл "Мелентий". Упомянутый выше А.Артемов доказал, что истинным именем этого человека было все-таки редко встречающееся имя в России - Милетий. В своих предыдущих публикациях я воспроизвел оценки, данные различными участниками этого движения Милетию Зыкову. Сейчас же мы воспроизведем эти сценки вновь, в обобщенном виде, как это сделал А.Артемов (Тайна Милетия Зыкова. - "Посев", 1952, 1974), активный участник РОДа и сослуживец Зыкова.

Так, А.С.Казанцев в своей книге "Третья сила" ("Посев", 1952): пишет: "Милетий Александрович Зыков - один из замечательнейших людей из советского мира, с которым мне приходилось встречаться".

В.Штрик-Штрикфельд в своей работе "Против Сталина и Гитлера", ставшей еще при жизни автора классикой (пер. с нем., "Посев", 1975) отмечал: "Зыков был человек подкупающего ума и исключительно обширных знаний... Зыков единственный такой из всех, встреченных мною до сих пор: второго Зыкова мы так легко не найдем. Да и в Советском Союзе мало людей такого калибра - всех их отправил на тот свет товарищ Сталин".

Свен Стеенберг - "Власов" (пер. с нем., Русский дом в Мельбурне, Австралия, 1974): "Зыков - одна из самых ярких, но и самых загадочных фигур Освободительного движения".

Екатерина Андреева - "Генерал Власов и Русское освободительное движение" (пер. с англ., "Оверсиз", Лондон, 1990): "Милетий Александрович Зыков - одна из центральных фигур в Русском освободительном движении". Заметим, что это исследовательница нового поколения, защитившая в Кембридже не так давно диссертацию по этой проблеме.

Йоахим Хоффман - "История Власовской армии" (пер. с нем., "Исследования новейшей русской истории" под общей ред. А.И.Солженицына, т.8, ИМКА-пресс, Париж, 1990): "...усматривая и влияние М.А.Зыкова, человека выдающегося, но крайне противоречивого и загадочного".

Сергей Фрелих - "Генерал Власов. Русские и немцы между Гитлером и Сталиным" (пер. с нем., "Маркус", Кельн, ФРГ, 1990): "Самой значительной фигурой в штабе был, без сомнений, Милетий Александрович Зыков, вызывавший интерес персонаж, чей подлинный идентитет до сих пор остается невыясненным. О своем прошлом Зыков рассказывал многое и каждый раз разное".

О значимости этой фигуры говорит тот факт, что характеристику ей дают отнюдь не рядовые деятели РОДа, рассеявшиеся по разным континентам и странам. И здесь, в США, в ряде работ, о которых речь будет идти ниже, оценки идентичны. Биографические данные Милетия Зыкова я нашел в монографии К.Кромиади, бывшего полковника царской, а затем власовской армии под названием "За землю, за волю", а некоторые детали - в исследовании И.Левина "Генерал Власов по ту и эту линию фронта". Много интересного об этом человеке написал полковник и адьютант Власова Поздняков, подготовивший и издавший сборник документов РОДа (Полковник Поздняков. Андрей Андреевич Власов. - Сиракузы, США, 1973). Он свидетельствует, что Милетий Зыков к моменту знакомства с Власовым имел от роду 40 лет. Попал в плен к немцам, будучи политкомиссаром, и уцелел только чудом, ибо помимо его социального положения (был приказ о ликвидации комиссаров) наружность его выдавала в нем еврея. О нем знали, что в прошлом он был сотрудником центральных столичных газет и поговаривали, что даже заместителем у Бухарина в "Известиях". Был женат на дочери Бубнова. Короче говоря, принадлежал к той части советской элиты ленинцев, которую Сталин разгромил. Все знали и о том, что Зыкова арестовали и после всего пережитого в застенках НКВД отправили в концлагерь в Сибирь. Когда началась война, его, как и многих других, которых не успели дострелять, досрочно освободили и отправили на фронт комиссаром.

Такой редкий экземпляр, по тогдашним установкам гитлеровцев, мог уцелеть только случайно и только потому, что попал в поле зрения к таким культурным и сердобольным людям, как капитаны фон Гроте и Дарксен (оказывается, были и такие!). Они, рискуя многим, его схоронили, спрятали от посторонних глаз. И тем не менее, когда его спасители узнали о его антисталинских настроениях, они предложили ему работать вместе с немцами. Он им ответил, что если "немцы пойдут освобождать мою родину, пойду с ними, а если пойдут ее закабалить, то я отказываюсь". (К.Кромиади. За землю, за волю. - Сан-Франциско, 1980). Сошлись на том, что он пойдет работать вместе с теми немцами, которые, как и он, борются за освобождение России. Зыков с первого взгляда показал себя человеком светлого ума, колоссальных дарований и больших знаний. О нем ходили легенды, что, мол, он может в один прием продиктовать машинистке содержание газеты, начиная с ее названия до объявлений включительно, и номер получится прекрасный.

Он отлично знал экономику, литературу и другие науки, а также поэзию и был хорошим декламатором. В Русской освободительной армии выходил ряд газет: "Заря", "Доброволец", "Воля народа", "За Родину", "Наши крылья". Редактором двух первых и был Милетий Зыков. Зыков был страстным врагом Сталина, но не советской системы как таковой. Он как бы возглавлял социалистическое направление в РОДе и считал, что Сталин предал идеалы Октября. В этом он несколько отличался от Власова и многих других генералов из его позднейшего окружения.

Свои марксистские взгляды он, собственно, не скрывал. Упомянутый нами выше А.Артемов, знавший Зыкова длительное время по совместной службе, отмечает, что все авторы, как и сотрудники власовского центра, сходились на том, что "Зыков" - это псевдоним, за которым скрывается еврей, а имя "Милетий" взято для пущей "сермяжности"; говорили, что он поначалу представлялся как "Милетий Евлампиевич". Исследователи, отмечает А.Артемов, именуют его идеологом Русского освободительного движения.

Но сам Артемов с этим не согласен, заявляя, что "...это - неправомерно. Он был влиятельным политическим советником Власова, талантливым журналистом, одаренным пропагандистом, но в идеологические глубины нырять не любил, обходился слегка разбавленными марксистскими школьными шаблонами диамата и истмата. Политэкономию знал хорошо, но еще лучше - экономику СССР" (А.Артемов. Тайна Милетия Зыкова. - "Посев", 1997, #3). Забегая вперед, хочу заметить, что с этим вряд ли можно согласиться. Все исследователи единодушно отмечают, что документы (теоретические) власовского движения были разработаны лично Зыковым или под влиянием его работ.

Далее Артемов указывает, что Зыков сосредоточился на газете "Заря", где держался бухаринской линии и всячески популяризовал "социализм" как "ведущую силу нашего времени". "Я видел в этом, среди прочего, - подчеркивает Артемов, - искусный прием пропагандной дипломатии, поскольку гитлеровская партия была "национал-социалистической" по названию".

Зыков, видимо, продолжает Артемов, исходил из завета Ленина о захвате прессы как "решающего звена" в цепи политических задач. Время от времени немцы высказывали суждения по поводу того, что редактируемые Зыковым газеты не ведут антисемитской пропаганды, или, как они выражались, "не ведут антисемитской воспитательной работы". Зыков, по воспоминаниям Штрик-Штрикфельда, нашел выход. "Хорошо, - сказал он мне, - мы включим антисемитские материалы в "Доброволец" и в "Зарю". Мы их будем брать из немецких газет, например, под заголовком: "Фолкише Беобахтер" пишет - двоеточие. Наши читатели сразу поймут, что эта заметка идет в нагрузку. Советский человек научен читать между строк!" И это себя оправдало" (Штрик-Штрикфельд. Против Сталина и Гитлера...).

Как известно, наиболее популярным и известным, причем первым, документом Русского освободительного движения было открытое письмо Власова под названием "Почему я стал на путь борьбы с большевизмом". Именно благодаря ему Власов стал столь популярным в то время. Так вот, это письмо возникло из-под блестящего пера Зыкова. Забегая вперед, отметим: ему очень не хватало этого человека при составлении основного программного документа под названием "Пражский манифест", хотя влияние идей Зыкова на его содержании явно ощущалось.

Еще один факт: после гибели Зыкова проеврейские настроения Власова резко усилились. Упомянутый выше Кромиади с Зыковым в деловой обстановке не встречался. С ним он виделся, когда приходил в гости к Власову. Он отмечал, что Зыков бывал веселым, разговорчивым, остроумным собеседником. Но ему в нем не нравилась, как он выражался, "советчина". Напомним, что Кромиади был белым эмигрантом. К Власову Зыков относился с большим уважением и преданностью. Со своей стороны Власов высоко ценил его дарования, исключительную работоспособность, относился к нему с дружелюбием и заботливостью, поскольку сради окружающих Зыков нажил себе больше врагов, чем друзей. Немцы за ним установили слежку, и его недруги не раз обращались к Власову с просьбой убрать Зыкова. Они говорили, что он, мол, не наш человек, он с нами только потому, что обижен Сталиным, а нутром такой же, как и те, против кого мы боремся.

Но Власов Зыкова берег, ибо таких крупных работников, как Зыков, в движении больше не было. И тем не менее спасти Зыкова не удалось. Артемов сообщает, что в июле 1944 года по инициативе немецких кругов, стремившихся придать войне политический характер, была сформирована и оснащена прифронтовая пропагандистская группа "Скорпион", руководство которой поручили Жиленкову и Зыкову. Но накануне отъезда на фронт Зыков был арестован и исчез бесследно вместе со своим адьютантом лейтенантом Ножиным.

После войны некто Деддио, в прошлом следователь гестапо, сообщил бывшему председателю НТС В.М.Байдалакову, который все это передал А.Неймироку, что Зыкова и Ножина арестовало гестапо. Они были отправлены в концлагерь Заксенхауз, и там сам Деддио их допрашивал. После допроса он сделал и подал в высшие инстанции заключение о том, что они не являются шпионами. Тем не менее обоих казнили ("Посев", 1997, #3).

Но на этом история не кончается. Начинается самая загадочная ее часть. По сей день в точности не известно, кем был Зыков в действительности. После краха СССР появилась возможность кое в чем разобраться. А началось вот с чего. А.Неймирок, чьи воспоминания приводит А.Артемов, сообщает, что как-то Зыков ему сообщил, что является одним из составителей книги "Поэты - современники Пушкина", в частности он же - автор статьи о Веневитинове. Одним из составителей этой книги и автором упомянутой статьи был Цезарь Вольпе, известный до войны литературовед. Б.И.Николаевский сообщил, что до революции в Питере жил известный меньшевик Вольпе. Цезарь Вольпе весьма напоминал его. В "Краткой литературной энциклопедии" сообщается, что Цезарь Самойлович Вольпе умер в 1941 году. В 70-е годы, сообщает Артемов, в "Посеве" вместе с ним работал некто В.Н.Чернявский, из "третьей волны" эмиграции. Как-то увидев портрет Зыкова, он сказал, что это Вольпе, которого он помнил по литературным вечерам в свое школьное время.

Вольпе, действительно, был сотрудником Бухарина и родственником наркома просвещения Бубнова, известным литературоведом. Кажется, все. Но загадки продолжаются. Некоторые версии нужно было перепроверить. За это дело взялись уже российские исследователи. И оказалось, что в реальной жизни до войны существовал и литератор Милетий Зыков. М.Герасимов и Э.Максимова нашли книги этого автора в Российской национальной библиотеке, а также ряд его статьей. И связан он был как будто тоже с Бубно- вым.

В свете этих данных выскажу свое предположение, которое отличается от мнений и Артемова, и Максимовой. Цезарь Самойлович Вольпе не умер, а попал в плен. Видимо, между ним и Зыковым существовала какая-то связь то ли до войны, а возможно, и во время войны. И он взял себе в качестве псевдонима его имя и фамилию. Максимова считает, что помощником и советником Власова был реальный Милетий Зыков. Однако у меня и у Артемова это вызывает сомнение. Дело еще в том, что анализ работ реального Зыкова показывает, что по уровню интеллектуального развития он явно не дотягивал до человека, называющего себя "Зыковым". Друг и соратник Власова был фигурой более значительной не только в научном плане, но и по всем другим параметрам.

Впрочем, это только предположение. Предстоит сложнейший поиск, в ходе которого возможно раскроется еще одна тайна Русского освободительного движения.


Содержание номера Архив Главная страница