Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №5(212), 2 марта 1999

Ефим МЕРХЕР (Флорида)

ТРИ ПИСЬМА

(Продолжение. Начало см. Вестник #4(211))

ПИСЬМО ВТОРОЕ

Уважаемый Виктор!

Я понимаю, что журналу было бы предпочтительнее получить от меня развернутый анализ системы народного образования в США, с примерами, с именами, с конкретными примерами, с конкретными именами. Не думаю, что у меня найдутся желание и возможность этим заниматься. И не потому, что недостаточно фактов, или, не дай Бог, я не сумею прилично и грамотно об этом написать. Очень надеюсь, что есть и то, и другое.

Мне не представляется возможным в "письме в редакцию" излагать проблему, которая сегодня в США является, скорее, проблемой политической, нежели проблемой собственно научной. От того, что я назову Вам несколько имен бюрократов, или беременных девочек, а при этом перечислю с десяток имен так называемых учителей, которые, с моей (я подчеркиваю - с моей) точки зрения, не имеют морального права переступать порог школы, - от всего этого не прибавится ничего нового к тому, что я могу написать в письме. В научной же статье есть возможность начать с истории вопроса, и тогда Вы поймете, что там-то и спрятана ловушка!

До определенного времени американская школа не только была одной из лучших в мире, о чем говорят имена десятков, если не сотен лауреатов Нобелевских и множества разных других международных премий. Среди этих лауреатов есть очень много ученых, получивших образование не в Америке, но именно коренных, рожденных в Штатах и получивших образование в простой американской школе, - большинство. У меня двухтомное издание 1992 года "Лауреаты Нобелевской премии". Из простого любопытства я пытался посчитать - сколько? Сбился со счета. Надеюсь, Вы мне поверите.

"Определенное время" наступило в пятидесятые, послевоенные годы, когда произошли "определенные" политические события. Дальше я не могу себе позволить рассуждать, ибо не обладаю достаточными знаниями и опытом работы в школе, где неожиданно вместе оказались в одном классе мальчики и девочки из разных культур, а что еще необычно - из разных временных эпох.

Детишки с привычками и опытом африканских племен, которые ни генетитически, ни каким-либо другим способом не были связаны с системой, с атмосферой нормальной по тем временам школы, были насильно оторваны от привычных для них условий и... помещены в классы с невероятно сложными для них программами, учебниками, детьми и учителями. Если хотите, это катаклизм. Последствия этого исключительно политического события Америка пожинает и сегодня.

Вы знаете о противостоянии масс разных групп населения в стране в То Великое Время для американского народа. Мне ли судить их? Имею ли право осуждать людей, принявших такое решение. "Нам не дано предугадать...", чем в будущем "отзовется" этот факт истории американской школы.

Другое дело - поговорить о том, что проблему решают не те, кому положено: люди случайные, ориентированные на политические методы и ничего общего с системой образования и воспитания молодого поколения не имеющие. Но это уже политика. И несмотря на то, что я имею американское гражданство и зарегистрирован республиканцем, о чем на работе в школе мне не советовали особенно распространяться, и перед каждыми выборами профсоюз присылал мне письмо, адресованное мне лично, а в этом письме они перечисляли, чего они для нас добились, так вот, несмотря на то, что они просили голосовать за госпожу или господина Х., я все равно голосовал так, как считал лучшим для дела.

Я был втянут в политику, сам того не желая. И сегодня я еще имею медицинскую страховку, благодаря моему профсоюзу. Этот профсоюз не просто помогает учителям, часто его помощь носит судьбоносный характер. Но этот профсоюз вмешивается в учебный процесс, решает, что и как учить. Кто будет с ними спорить из тех, кто работает сегодня и зависит от них? Ведь это они решают, кто может работать в школе, а кто не имеет право. И все это делается с позиций политических решений демократов.

Я, простите, не могу судить, правы они или нет, так как субъективные мои симпатии к Республиканской партии не могут послужить поводом к тому, чтобы решать школьные проблемы тоже с позиций политики. А сегодня первейшая проблема - это исключить вмешательство политиков в систему народного образования. Если американцы решат, что дети и впредь должны учиться вместе (Вы даже представить себе не можете, что такое расовая проблема в школе, в классе!), то эту проблему следует разрабатывать специалистам, и не только педагогам, но и социологам, психологам и даже медикам, но ни в коем случае не политикам. Повторяю: никто не знает, как решать проблему. Никто ее сегодня не решает. Завтра тоже, к сожалению, никто этим заниматься не будет.

В каждой газете, во всех СМИ каждый Божий день мы узнаем, что в школах стреляют, убивают, рожают детей, грабят и курят марихуану, употребляют наркотики. Я, знаете ли, очень люблю детей и, к моему счастью, дети любят меня. Я находил с ними общий язык. Я показывал им фокусы, да-да, фокусы. Я фокусник- любитель. Многому научился в этой профессии. Дети меня обожали. Но мои начальнички, хотя и приходили в класс смотреть фокусы, никогда не интересовались, а умеют ли дети читать или писать. Их больше волновало спокойствие в классе. Чтобы никто не подрался, чтобы не было никаких эксцессов. И когда мы начинали заниматься настоящим делом, тем, чем положено заниматься в школе, у нас начинались неприятности, но не с детьми, а с начальством.

Но это уже такой специфический разговор, настолько личный и, я бы сказал, настолько субъективный, что я не решаюсь об это рассказывать. Кто-то может усмотреть в моем рассказе склоку, сведение счетов. А я просто рассказываю Вам о небольшом, очень коротком периоде моей работы в американской школе. Мой опыт невелик. Мысли мои весьма субъективны. Пожалуй, ничего больше я Вам рассказать не смогу. И пусть Вас не шокирует то, что я показывал детям фокусы. Этому меня научили в нашей системе, на специальных курсах. И даже платили стипендию за то, что я после уроков приходил на занятия. А может, это тоже нужно для сегодняшней школы?

(Окончание в следующем номере)


Содержание номера Архив Главная страница