[an error occurred while processing this directive]

Список выпусков Содержание выпуска

Заметки сарказматика

ПЛАТОНИЧЕСКАЯ ЛЮБОВЬ В "СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ"

САША БОРОДИН (Оттава, Канада)

Сразу должен предупредить, что речь пойдет не о платонической любви как явлении, а о моей личной платонической любви; и не о покойной сверхдержаве, а всего лишь о редакции журнала "Советский Союз", тоже, впрочем, покойного.

Шел 1983 год... На Московском троне восседал Юрий Андропов (опять нужны оговорки: не "восседал", а главным образом возлежал на спецкойке в спецотделении Кремлевской спецбольницы). Я же, отторгнутый "Известиями", оказался в никому не известном детском журнале "Миша", который был приложением к журналу "Советский Союз", и по этой причине их редакции помещались в одном особняке.

Очень много там оказалось любопытного. Красивый журнал "Миша" издавался не только на семи иностранных языках, но и на русском языке, и в Союзе его никто в глаза не видел, кроме внуков и правнуков членов Политбюро. Весь тираж шел "за бугор". Нашим главным редактором был "верный солдат партии" Николай Грибачев, о котором Василий Аксенов в романе "Скажи: "изюм"!" писал так:

"...в моменты интеллектуальных эрекций его лысина зеленела". Спешу засвидетельствовать 100-процентную правдивость этого наблюдения.

"Интеллектуальные эрекции" случались у главного обычно на заседаниях редколлегии, куда были обязаны ходить абсолютно все, наверное, для того, чтобы было из кого выбирать. Выбрав, Грибачев начинал орать. Все смиренно присутствовали. Особым изумрудным удовольствием лысина главного начинала сиять тогда, когда он орал на опального Алексея Аджубея, сосланного из редакторского кресла "Известий" за родственную связь с "волюнтаристом" Никитой Хрущевым, на дочери которого он был женат. (Оба они сейчас перебрались в лучший из миров, и там, наверное, интеллигентная душа Аджубея отводит, если можно так выразиться, душу в справедливых упреках присмиревшей без руководящей должности душе Грибачева, если только последняя не успела обзавестись влиятельными связями среди тамошней сатанинской номенклатуры. Кто знает, кто знает?!)

Бросалось в глаза поразительное сходство редакционных нравов и общего духа в стране. Безделье, наушничество, пьянство и равнодушие ко всему, кроме содержимого продовольственных заказов. Картину дополнял непрекращающийся процесс разрушения редакционного особняка, который после 1917-го никто, видимо, всерьез не ремонтировал.

"Ну, а где же обещанная любовь?"- вправе поинтересоваться читатели.

Любовь родилась так. Юрий Андропов, лежа на своей спецкойке и завидуя, наверное, здоровым ходячим людям, распорядился хватать всех, кто в рабочее время болтается по улицам. Вот мы и сидели в редакции. А делать нам было практически нечего. Мы сидели и смотрели друг на друга. И, конечно, трепались обо всем на свете. Я смотрел на свою сотрудницу Нину Грозову. Столь длительная экспозиция неминуемо привела к почти рельефному запечатлению образа молодой поэтессы в моей душе. Но поскольку я был уже второй раз женат, моя любовь к Нине приняла платонический характер.

Шли годы, менялись цари и эпохи, особняк продолжал осыпаться, а наша платоническая любовь крепла. Проявлялась она в бесконечных дискуссиях. Важно подчеркнуть, что Нина была членом, а я нет. "Ну что, развалила ваша партия страну?" - говорил обычно я. "Это такие, как ты, ее развалили, а партия начала перестройку!" - запальчиво возражала Нина, привлекательно розовея. К тому времени мы знали друг о друге практически все. Почти все... Но никакое счастье не может длиться вечно.

Совершенно естественным образом я был отторгнут и этой редакцией.

Начальству надоело терпеть мое ехидство. Ноги сами, однако, приводили в осыпающийся особняк, где меня неизменно бурной радостью встречала Нина Грозова. Да простит меня жена, но иногда мы даже бросались друг другу на шею, как в тот памятный августовский день 1991-го, когда с балкона редакции мы наблюдали отступление бронетранспортеров от здания Совмина, возглавляемого Валентином Павловым. В тот же день Нина вышла из партии, о чем она доверительно шепнула мне на ухо. Чистая, наивная душа!

Перед отъездом из страны я зашел в редакцию и попросил репортера Толю Хрупова сфотографировать нас с Ниной на балконе "Советского Союза".

...На пятом году иммиграции Нина осталась единственной, кто поддерживает со мной регулярную переписку. От нее я узнал, что "Миша" сначала сгорел (помещение редакции), а потом, как Феникс, восстал из пепла и уверенно вытесняет с российского журнального рынка одряхлевшую "Мурзилку". Редакции удалось "выбить" комнату в переживавшей сначала новый красный рассвет, а потом не менее красный закат "Правде". Нина в свободное от редактирования детских сказочек время переводит с немецкого эротические гороскопы для дружественного астрологического издания. А подчищенный после пожара особняк на улице Москвина, где началась вся эта история, оккупировало какое-то акционерное общество, охотно предоставлявшее помещение для заседаний штаба партии Жириновского...

Список выпусков Содержание выпуска

[an error occurred while processing this directive]