[an error occurred while processing this directive]

Список выпусков Содержание выпуска

КТО - ОТТУДА, А КТО - СЮДА

Путевые заметки по Израилю

МИХАИЛ ГОЛЬДЕНБЕРГ (Вашингтон)

Какое счастье, что евреи покинули и продолжают покидать большевистский "рай". Я понимал и ощущал это давно, но особенно почувствовал, когда совершил свою первую двухнедельную поездку по Израилю. Друзья советовали купить туристическую путевку. Я наотрез отказался. Не хотелось наблюдать жизнь израильтян из окон комфортабельного автобуса.

В салоне самолета почти все пассажиры были израильтянами. Первое, что бросилось в глаза, - их мужественные, решительные и сосредоточенные лица. У девушек и парней короткие стрижки. Американцы обычно поражают своей сдержанностью, улыбчивостью, внешней любезностью, израильтяне - необычайной разговорчивостью и доверительностью.

...В аэропорту имени Бен-Гуриона мы с женой сразу попали в невероятную толчею. Люди не знают или не хотят знать, что такое очередь. Все толпились и топтались перед несколькими проходами таможенного контроля, норовя обойти друг друга. Пожилая женщина с двумя огромными сумками была в отчаянии. Пассажиры обходили ее, не обращая никакого внимания. Все это напомнило мне московский аэропорт Шереметьево. Всюду было грязно и неухожено. Из израильской прессы, я знал, что аэропорт нуждается в реконструкции. Но дело пока не движется.

...Вначале мы решили поехать на север страны, к Голанским высотам. Наш путь лежал в Тибериаду, к Галилейскому морю. Дороги узки, водители слишком рискованно обгоняют друг друга, часто сигналят и нарушают правила движения. Оказывается, движение автотранспорта - национальное бедствие. Ежегодно в автокатастрофах гибнут 550-600 человек, а от терактов: до начала мирного процесса - 50-60, а с 1993 года, т.е. с момента нарастания мирного процесса, погибают ежегодно до 150 человек.

Жара, жара, жара. Автобус идет быстро. В салоне звучат современные израильские мелодии. Работает кондиционер. Смотрим в окна. Вокруг сплошная строительная площадка. Строят много. Мусор и отходы не успевают вывозить. Автобус то и дело останавливается. Быстро входят и выходят солдаты - поджарые здоровые парни и девушки с автоматами и рюкзаками за плечом. Во время движения многие разговаривают с водителем. Иврит звучит красиво и приятно, но все говорят громко и быстро.

Камни, камни, камни. Сколько столетий эти камни взирают на людей, камни, потемневшие от времени и солнца. Лица репатриантов отличаются от лиц израильтян по цвету. Входит солдат явно "советского происхождения".

- Вы из России? - спрашиваю его.

- А как вы узнали?

- По вашей белизне.

Разговорились. Оказывается, он из Казани. Приехал в Израиль один. Родители остались, потому что еще не достигли пенсионного возраста.

- Вот устроюсь, - объясняет солдат, - тогда возьму их к себе. Здесь трудно устроиться на работу людям пожилого возраста. А кто получает пенсию, тому хорошо. Хочу, чтобы родители, наконец, пожили в достатке и радости.

С таким не пропадешь. Порадовался за его родителей и за страну, которая может опереться на таких симпатичных и рассудительных парней.

Остановились в гостинице Club Hotel Tibеrias. Превосходный номер с видом на море. Внизу бассейн. Гостиница встроена в скалу. Камень и известняк придают ей величие и красоту. Природа хорошо поработала. Человек умно использует эту многовековую работу. С балкона нашего номера совсем близко видны Голаны. По морю то и дело курсирует военный сторожевой катер. Там, за горами, Иордания и Сирия. Только здесь начинаешь по-настоящему понимать, почему Израиль называют Эрец-Исраэль - земля Израиля (иврит). Ловлю себя на мысли, что в Израиле все пронизано историей древности, историей вчерашнего и сегодняшнего дня. Гляжу с балкона на Голаны и думаю, как можно договориться с Асадом, который вовсе не заинтересован в мирном сотрудничестве. 29 ноября 1947 года в Нью-Йорке 13 стран проголосовали против создания государства Израиль, в том числе все арабские страны. Складывается впечатление, что ни Нетаниягу, ни Асад ничего путного от переговоров не ждут. Но обоим нужна видимость переговоров, чтобы не потерять престиж в глазах американцев и европейцев. Процесс мира может длиться годами, но это не приведет к миру и дружбе.

...Пронежившись на солнце у бассейна целый день, мы решили отправиться в Хайфу, которую называют столицей Севера или Спящей красавицей. По дороге останавливаемся в небольшом городке Кирьят-Ата, в котором живет моя тетя Рива. Она приехала в Израиль шесть лет назад вместе с дочерью Фаиной и внуком. Ей 85 лет. Всю свою жизнь, за исключением эвакуации, тетя Рива прожила в городе Хмельнике Винницкой области. В первый день войны ее муж Шимон ушел на фронт, и больше никто и никогда его не видел. Оставшись с сыном Моше, тетя Рива после войны вторично вышла замуж и родила двух девочек. У ее второго мужа, Лейбы, была многодетная семья - 8 детей. Он вместе с женой и детьми остался в местечке Пиков той же Винницкой области. Всех евреев фашисты и украинские полицаи заставили раздеться. У Лейбы было плохое зрение. Он упал в яму от невероятного крика своих детей. По воле судьбы остался в живых. Пошел сильный дождь, и полицаи лишь чуть-чуть прикрыли землей ямы с убитыми. Ночью Лейба выполз из ямы и абсолютно обезумевший добрался до первой украинской хаты, где его знали. Он почти потерял рассудок и хотел покончить с собой. В таком состоянии и нашла его одинокая тетя Рива.

Обо всем этом я думал, когда шел к своей престарелой тете. Увидев меня, она заплакала и тихо произнесла: "Я думала, Мишенька, что умру, не увидев тебя". Мы не виделись десять лет: я жил в Москве, она на Украине. "Мы приехали сюда, домой, я получаю пенсию по старости 1200 шекелей (чуть меньше 400 долларов - М.Г.)", - сказала она с гордостью.

Тетя Рива купила квартиру и впервые в жизни приобрела собственную ванную и душ. И таких евреев в городе большинство. В Кирьят-Ата проживает 40 тысяч жителей - репатрианты из бывшего Союза и Марокко.

На следующее утро кузина Фаня повела нас в город. Тут мы увидели такую картину: в сквере за столиками сидели мужчины разного возраста и играли в карты и домино.

- Это все наши, - сказала Фаина.

- Почему они не работают?

- Зачем работать, если они получают пособие по безработице.

Я разговаривал со многими: кто-то не может устроиться, кто-то не хочет. Было тревожно смотреть на этих здоровых и сильных мужчин, ограничивших свою жизнь только одним девизом: кушать, кушать, кушать. Все сыты и одеты. Но разве евреи имеют право так жить? 70 с лишним лет советской власти наложили на русскоязычных евреев страшный отпечаток. Многие потеряли себя, потеряли веру в свои интеллектуальные возможности и моральные потребности. Освободиться от советского менталитета невероятно сложно. А тут еще дармовая кормежка и безбедная жизнь. Многие быстро забыли унижения и оскорбления советской власти. Чего греха таить, многие приехали только по экономическим соображениям. Кто-то ехал оттуда, а кто-то сюда! Те, кто ехал оттуда, не могут найти себе места, довольствуются малым, что, по большому счету, не свойственно евреям... А те, кто ехал сюда, не только не боятся тягот и лишений, но готовы бороться за идею "восхождения". И это, в первую очередь, молодежь. Две недели пребывания в Израиле постоянно убеждали меня в этом. Вот идет по улице пожилая женщина с привычной авоськой.

- Как вам живется? - спрашиваю ее без предварительного знакомства.

- Как вам сказать, моим детям хорошо, и мне с ними хорошо.

Труднее всего тем, у кого 12-14-летние дети. Речь идет об основах иудаизма, которые они должны изучать в обязательном порядке. Советская власть лишила евреев собственной религии. Вместо этого вбивали в наши головы коммунистическую идеологию. В советской школе была некая преемственность в обучении: родители и дети учились по одним и тем же учебникам. Израильская школа совсем другая, поэтому родители-репатрианты не в состоянии оказывать элементарного влияния на своих детей.

Трогательно попрощавшись с тетей Ривой и ее семейством, мы рано утром отправились в Хайфу. В Израиле бытует шутка: "В Иерусалиме молятся, в Тель-Авиве гуляют, в Хайфе работают". Хайфчане гордятся своим городом: красиво выглядит набережная, построен новый стадион, мост Моты Гура, работает развлекательный центр "Globe City", который жители города любовно называют Маленьким Голливудом. Строится метро, расширяется морской порт и аэропорт.

В Хайфе сохранились здания, покинутые арабами в 1948 году. Эти дома, пустовавшие почти полвека и постепенно пришедшие в негодность, нынче продают с аукциона новым репатриантам. Я видел эти дома. По-моему, многие из них нужно просто снести. В городе проживает более 250 тысяч человек, достаточно высок уровень безработицы - 6,5%, что составляет средний показатель по всей стране. Хайфа расположена как бы на перекрестке Ливана, Сирии и Иордании. Отсюда до Бейрута, Дамаска и Аммана три часа езды. Между Иорданией и Хайфой установлено автобусное сообщение.

Далее наш путь лежал в небольшой старинный город Цфат, где живут светские и ультрарелигиозные евреи. Теперь к ним прибавились и русскоязычные. Всего там проживает 18 тысяч человек. Зимой это самое холодное место в Израиле. Я был благодарен писателю В.Аксенову, который посоветовал посетить этот исторический городок. Неповторимая извилистая дорога, прячущаяся в гуще банановых низкорослых, но крепких деревьев, поражала своей живой связью с природным ландшафтом.

История Цфата начинается с 66 г. н.э., когда Флавий Джозеф построил цитадель на вершине горы. В 1140 году крестоносцами была возведена крепость, руины которой можно увидеть и сегодня. В 1188 году город захватили мусульмане, а через пятьдесят с лишним лет вновь вернулись крестоносцы. В XVI-ом веке, спасаясь от ужасов инквизиции, в Цфат приходят сефарды из Испании. Город становится крупным центром духовной жизни с множеством синагог и университетов. Здесь был создан первый на Ближнем Востоке печатный станок и в 1578 году напечатана первая книга на иврите.

В 1837 году город испытал сильнейшее землетрясение. После восстановления Цфат развивается как курортный центр и колония художников.

Сегодня среди неописуемо узеньких улочек вы можете увидеть небольшие художественные мастерские, галереи и ателье. Здесь селятся русскоязычные художники-евреи. Вы можете купить по договорной цене профессионально выполненную акварель, эстамп и даже картину. Но вот что меня поразило: художники-израильтяне и вновьприбывшие работают совершенно порознь. Их лавки порой расположены рядом, но они не хотят сотрудничать.

По моим наблюдениям, эта проблема ощущается всюду. Сефарды относятся несколько настороженно к репатриантам. Те, в свою очередь, относятся с недоверием к вновь прибывшим. Власти видят и понимают эту проблему, но дипломатично отмалчиваются. Почти миллион человек приехали из бывшего Союза. Все говорят по-русски, и это не может не отразиться на быте, нравах и культуре страны.

...К нам в Цфат приехали на своей машине московские друзья Женя, Илья и их сын Макс. Они живут в Герцлии, недалеко от Тель-Авива. Женя работает переводчицей немецкого языка, Илья - инженер. Макс закончил юридический факультет Иерусалимского университета (в Москве об этом можно было только мечтать, чтобы еврейский мальчик мог приобрести такую специальность).

Вместе мы отправились через всю страну. По дороге посетили могилу рабби Моше бен Майона. Евреи называли его Рамбам - по первым буквам его имени, а неевреи - Маймонидом - по имени его отца Рабби Маймона. Рамбам сформулировал тринадцать основных принципов веры, которые и по сей день читаются после утренней молитвы. Основные принципы таковы: Бог един, Бог вечен, Бог не имеет тела и человеческого облика, Бог передает людям свою волю через пророков.

Рамбам был известен во всем мире. Султан Саладин пригласил его ко двору в качестве личного врача. Великий еврей серьезно занимался постоянной врачебной практикой. Английский король Ричард Львиное сердце, предпринявший крестовый поход в Израиль, приглашал его в свою страну. Рамбам вежливо отказался. Он написал послание евреям Йемена, которых преследовали мусульмане. В философском трактате "Наставление колеблющихся" философ утверждал, что Тора дана людям Всевышним, она - сама Истина, в которой нуждается Человек.

...Приехав в Тель-Авив, я позвонил Наталии Михоэлс - дочери Соломона Михайловича. Мы знакомы с ней еще по Москве. Она разыскала меня, прочитав несколько моих публикаций о ее отце. Я встретился и со второй дочерью великого мастера - Ниной Соломоновной. Она преподает актерское мастерство и ставит дипломные спектакли в Театральном институте. Дочери Михоэлса живут в Израиле 25 лет. В Тель-Авиве есть площадь имени их отца. Но самым большим памятником для Михоэлса было бы изучение и основание идиш, на котором он играл и преподавал. К сожалению, дела обстоят неважно. Первая волна репатриантов пыталась внедрить идиш как второй государственный язык. Это вызвало только раздражение.

На мой вопрос, что характерно для израильской жизни сегодня, Наталия Соломоновна ответила: "Нетерпимость. Нетерпимость левых и правых, израильтян и русскоязычных евреев, русскоязычных евреев и марокканских евреев и т.д. Правительство делает все возможное и невозможное, чтобы как-то смягчить такое положение. А тут еще злодейское убийство Ицхака Рабина... Я не драматизирую положение, но страсти накалены до предела. Нетаниягу и его команде приходится нелегко. Палестинцам терять нечего. Но нам не привыкать. Переживем и это".

Поблагодарив дочерей Михоэлса за теплый прием и подарив им на память мою книгу "Жизнь и судьба Соломона Михоэлса", выпущенную издательством "Вестник", мы отправились в Яффу. Благо, это совсем рядом.

История Яффы восходит к библейским временам. Существует две легенды возникновения этого уникального города на берегу Средиземного моря.

По первой легенде, город был построен после потопа одним из сыновей Ноя - Яффетом, отсюда и название города. По второй легенде город происходит от слова Яффа, что на иврите значит "прекрасный". Здесь поселились греки. Греческая легенда повествует о бедной девушке, которую звали Андромеда. Ее приковали цепями к скале, принеся в жертву морскому чудовищу. Но прилетел на белом крылатом коне Персей и спас ее. Ежегодно израильские девушки разыгрывают эту мифологическую легенду. Мне повезло. Я побывал на репетиции их спектакля. Девушки досконально знали историю Израиля, старые забытые традиции. На прощание мы сфотографировались. Яффа, выстроенная в форме амфитеатра, и сегодня несет на себе отпечаток своего романтического и таинственного прошлого.

Мы предвкушали предстоящую встречу с городом трех религий - Иерусалимом. Могила Давида, Святая гробница, Голгофа, Стена плача и многое другое - все это исподволь волновало. Мы окунулись в вечное пребывание Бога в Иерусалиме, в неповторимое правление царя Давида, в страдания Иисуса, он здесь распят и похоронен, в молитвы Мухаммеда, который молился, повернувшись лицом к Иерусалиму. Но убедившись, что он не в состоянии обратить евреев в новую веру, узаконил, чтобы во время молитвы мусульмане поворачивались лицом к Мекке.

Святыней еврейского народа является Стена плача - часть подпорной стены, окружавшей Храмовую гору во времена Ирода. У Стены плача улыбающиеся солдаты проверили содержимое нашей сумки. Один из них, выходец из Литвы, рассказал мне, что недавно палестинцы залезли на Стену плача и забросали камнями молящихся женщин. Он гордился тем, что ему доверили охрану такой святыни.

Вечером мы отправились в библиотеку Сионистского Форума - уникальное и самое большое русское книгохранилище на Ближнем Востоке. Мне показали книгу отзывов посетителей. Среди многочисленных интересных записей привлекла запись посла России в Израиле А.Бовина: "...Бывая в Иерусалиме, стараюсь зайти в библиотеку Сионистского Форума. Она привлекает меня тем, что между книгой и читателем нет никаких преград. Подходи, выбирай, читай... И, конечно, она привлекает Кларой Эльберт. Клара - не просто библиотекарь. Она - книжник, энтузиаст, фанатка библиотечного дела".

Я встретился с Кларой Эльберт и взял у нее интервью.

- Как возникла идея создания Русской библиотеки в Иерусалиме?

Клара Эльберт - директор Русской библиотеки в Иерусалиме.

Фото Льва Левинзона

- Я - библиотекарь. Моя голубая мечта - жить только в Иерусалиме. Я была одержима этой мечтой с 14 лет. И моя мечта сбылась. Естественно, мне хотелось работать в библиотеке. Я обивала пороги многих израильских библиотек, но без знания иврита устроиться на работу было невозможно. Начиная с 70-х годов, в ульпанах, клубах и даже на дому репатрианты создавали небольшие передвижные библиотеки русской литературы, привезенной с собой. Но все это носило случайный характер. Я побывала в Иерусалимском университете, где находится великолепная русская библиотека. Но к моменту моего приезда в Израиль ее практически разворовали.

- Кто разворовал?

- Наши, бывшие советские. Кто еще может брать книги и не возвращать. Книги со штампом Национальной израильской библиотеки, представьте себе, я видела в Лондоне, Америке, Париже. Это то, что мы привезли с собой из России. Украсть, присвоить библиотечную книгу считалось само собой разумеющимся. Израильские библиотечные работники пришли в ужас, когда столкнулись с этим.

Я пришла в Русский культурный центр и предложила открыть русскую библиотеку. Мне выделили комнату размером 8 кв. метров со старыми стеллажами. Мама прислала мне из Москвы 200 книг, которые стали основой фонда. 90% нашего фонда - это подаренные книги. Хочу привести такой пример. Четыре года назад я была в Москве и выступала в популярной телевизионной программе "Добрый вечер, Москва". Я привезла с собой любительский фильм о нашей библиотеке и сказала, что нам нужны книги для пополнения книжного фонда. На всякий случай я назвала телефон моей подруги. Вы не представляете, что началось на следующий день. Меня забросали предложениями. Оказалось, само понятие - русская библиотека в Иерусалиме - слишком притягательно для всех. Елена Георгиевна Боннэр прислала в нашу библиотеку целый фонд книг академика Сахарова.

- Евреи, приехавшие в Израиль, никогда не станут израильтянами до тех пор, пока не окунутся в историю русского, украинского, и прибалтийского еврейства. Что вы делаете для распространения и изучения культуры и языка на идиш?

- Мы собираем документы и материалы по истории евреев Восточной Европы. У нас насчитывается около 200 тысяч единиц хранения. Значительную часть архива составляют личные фонды видных деятелей еврейской культуры и литературы (Я.Мазе, Н.Ойслендера, Э.Фининберга, М.Хащеватского, Х.Добрушина и др.). Особый интерес представляет коллекция редких и оригинальных материалов по истории еврейских театров в СССР с начала 20-х годов (личные фонды режиссеров и актеров, программы спектаклей, мемуарные записи, документальные свидетельства). Кроме того, мы регулярно проводим беседы и вечера, посвященные видным деятелям еврейской культуры. Например, недавно мы провели вечер памяти еврейского национального поэта Шимона Фруга. В конце прошлого века русская передовая критика ставила его в один ряд с Блоком. Он был учителем Х.Н.Бялика, который произнес вдохновенную речь на его похоронах. Вся Одесса хоронила поэта. В советское время Ш.Фруг никогда не переиздавался, потому что официально считался сионистом. И вот теперь он переиздан здесь, в Иерусалиме.

- Помогает ли Русская библиотека вновь прибывающим?

- Безусловно. В русскоязычной общине Иерусалима 62% - люди творческих профессий. Им тяжелее других найти работу по специальности и обрести уверенность и спокойствие. Все зависит от людей. Израиль любит тех, кто любит Израиль.

- А что делает государство для того, чтобы его полюбили и поняли?

- Я понимаю ваш вопрос. Уровень образования израильтян, годами сидящих на насиженных местах, значительно ниже уровня тех, кто приезжает сегодня, я имею в виду людей интеллектуального труда. Это вызывает негативные явления. Но в конце концов каждый находит свое место.

Особое волнение вызвало у нас посещение Мемориала памяти 6 миллионов евреев - жертв фашистского варварства. На площади перед Яд-Вашем - так называется Мемориал - высится 30 метровая колонна, на которой высечено одно слов "ЦКОР", что означает "ПОМНИ". В музее - уникальные документы, свидетельства и фотографии, раскрывающие трагическую историю преследований и убийств евреев в 1933-44 годы. Там же высечены названия 21 концлагеря, где зверски уничтожались наши братья и сестры. Ежедневно, в 11 часов, после небольшой церемонии зажигается факел.

Этот факел постоянно горит в еврейских сердцах. На тель-авивском автовокзале, когда мы собирались сесть в автобус, вдруг объявили тревогу. Приехали саперы и обнаружили подложенную бомбу... Люди вели себя удивительно спокойно. Чувствовалось, что к этому уже привыкли. Движение автобусов было остановлено на два часа. Мы поражались и восхищались благородной солидарностью израильтян. Такую страну, прошедшую ужас и отчаяние, каждый день ощущающую вражду и непонимание, целиком погруженную в воссоздание духа еврейства, страну подлинной свободы, невозможно поставить на колени.

Судьба Израиля в руках свободных людей.

Список выпусков Содержание выпуска

[an error occurred while processing this directive]